Я - ваши неприятности

— Останови машину, — попросила, едва слышно.

— Еще чего, — хмыкнул Юрик.

— Останови, — зло сказала я. — Не то я все здесь изгажу.

Новую машину было жаль, он остановил. Я заспешила в лесок. Серафима хотела выйти следом, но Каток не пустил. Машин с парнями видно не было. Или они. как-то оказались впереди нас, или их присутствие на даче не входило в планы Юрика. Оставаться в лесу дольше было нельзя. Я сделала все, что могла.

Через полчаса мы въезжали в Красное.

— Юра, — подала голос Серафима. — Надо как-то поаккуратней. Машину заметят…

— Ерунда. Стекла тонированные, скажу, мужики водку привозили.

Тут я увидела особняк. Буйный полет фантазии с некоторой помпезностью. Мы подъехали к задним воротам. Они были распахнуты настежь.

— Торжественный прием, — хохотнул Юрик. Однако двор был пуст. Катка-старшего это не смутило. Он загнал машину в гараж. Мы жались рядом, тревожно переглядываясь. Вместе вошли в дом. — Жорка, — крикнул Каток.

В гостиной был сервирован стол: коньяк, лимон дольками, всякая снедь на тарелках. Четыре рюмки, только из одной пили. Юрик подошел, взглянул на все это, покачал головой. Потом крикнул на весь дом:

— Жорка… Вот сукин сын…

— Может, ушел куда? — предположила Серафима.

— С него станется… придурок. — Юрик прошелся по дому. — Машина здесь, а его черти где-то носят. — Он плюхнулся в кресло. Теперь стало заметено, какой усталый у него вид. Катков старший выпил рюмку коньяку и закусил колбаской. Серафима последовала его примеру.

— Куда он делся? — не выдержал Юрик.

— Пока время есть, давай обо всем договоримся, — заискивающе предложила Серафима. — За ложные показания срок положен, так что я хочу, чтоб все было без сучка и задоринки. Менты не любят, когда в показаниях путаются… Значит, мы сегодня встретились в девять утра, решив отдохнуть на даче. Где встретились, как договорились, ты звонил или я?

— Мне что. Твое алиби… Сосредоточься, Юра.

Я лежала на диване, бледная и полуживая, всем своим видом давая понять, что минут через двадцать тихо скончаюсь. И слушала, как Серафима бойко шлепает алиби моему врагу. Они вроде бы обо всем договорились.

— Нельзя утверждать, что мы здесь безвылазно сидели до утра, — решив подождать с похоронами, подала я голос. — Георгия где-то носит, и кто-то его обязательно увидит. Тому, кто врет по пустякам, в большом не поверят.

— Тогда так, — кивнула Серафима, — скажем, мы уехали вечером… Юра, не помнишь, во сколько ты из машины звонил?

— Ну вот, скажем, что мы уехали отсюда в шесть, а вы остались.