Индульгенция. Без права на ненависть. Часть 5

Живут в… функциональных кварталах. Чисто. Без излишеств. Но сыто. И под неусыпным оком браслетов. Борис не терпит трущоб в центре. Они портят картину. Простолюдинам сюда так просто не попасть. Чтобы заслужить право жить в центре столицы, надо очень постараться и иметь много денег.

Наступило молчание. Восторг Изабеллы немного поугас, сменившись задумчивостью. Вивиан же смотрела на улицы столицы уже не с восхищением, а с трезвой, почти холодной оценкой. Они видели фасад Империи — блестящий, технологичный, сытый. И начинали угадывать мощные, холодные механизмы, скрытые за этим фасадом. Механизмы контроля, поддерживающие этот искусственный рай.

— Видар, — тихо спросила Вивиан, когда впереди показались позолоченные ворота Императорского Парка и футуристические силуэты Малого Дворца из самоочищающегося стекла и полированной стали. — Что нам ждать там?

Она кивнула в сторону дворца.

— И что нам говорить? О Нормандии? О том… как мы сюда попали? О твоей роли?

Ее глаза искали в моих ответа. Доверия? Или просто инструкции по выживанию?

— Правду, — сказал я четко, чувствуя, как холодная тяжесть власти внутри меня сгущается, готовясь к встрече. — Но дозированную. Вы — знатные беженки из павшей Нормандии. Ваше поместье было разграблено мародерами в хаосе после смерти вашего императора. Вас спас я, Видар Раздоров, явившись из Пустоши. Вы — мои гости, вы под защитой Рода Раздоровых. О Нави, о том, что вы там видели, о… — я сделал микроскопическую паузу, — … о масштабах помощи, которую вы получили после… Молчите. Борис не оценит. Это знание сделает вас мишенью. Здесь и сейчас. Ясно?

Они обе кивнули, бледные, но собранные. Даже Изабелла потеряла на мгновение свой дерзкий блеск.

— А про… — Изабелла заколебалась, но любопытство пересилило. — Про то, что у вас тут рай, а у нас было… дерьмо? Можно про это сказать? Чтобы польстить?

Отец фыркнул, а я почувствовал, как ледяная маска моего лица дрогнула в намеке на улыбку.

— Можешь, — ответил я. — Но будь готова, что император спросит — а почему же ты, герцогиня, не смогла уберечь свою вотчину от превращения в это самое «дерьмо»? И почему теперь ищешь милости у того, чей порядок тебе так нравится?

Изабелла смущенно смолкла. Вивиан же взглянула на меня, и в ее глазах мелькнуло что-то сложное — благодарность, страх и… понимание. Она видела не только блеск Империи, но и стальную хватку, стоящую за ним. Хватку, воплощенную, в том числе, и во мне.

Кавалькада машин бесшумно остановилась у сверкающего входа во дворец.