Индульгенция. Без права на ненависть. Часть 5

— Стандартная экипировка гражданина Империи. Связь, навигация, доступ к инфосети, идентификатор личности, электронный кошелек…

Я заметил, как Вивиан с завистью потерла свое запястье, где висел золотой браслет, украшенный драгоценными камнями. Мне показалось, что она охотно бы заменила его на подобный гаджет.

— И средство тотального контроля, — добавил отец мрачно. — Каждый шаг, каждое слово в публичном пространстве — на учете. Борис и Олег любят знать все о своих подданных.

— Контроль… — тихо повторила Вивиан. Ее взгляд скользнул по безупречным лицам прохожих. — Но они… выглядят счастливыми. Сытыми. Спокойными. У нас такого спокойствия не было даже во времена Покоя, сто лет назад. Всегда страх. Всегда грязь и борьба за кусок хлеба.

— Сытое спокойствие раба лучше голодной свободы бунтаря, — философски изрек отец, разглядывая отполированный ноготь. — Наши императоры это прекрасно понимают. Проще накачать народ дешевым хлебом, зрелищами, иллюзиями и уверенностью в завтрашнем дне. Пока они сыты и развлечены, они не задают лишних вопросов. И не замечают цепей.

Наше авто свернуло на Шелковый бульвар. Тут роскошь била через край. Витрины сверкали бриллиантами и нанотканями, по тротуарам неспешно прогуливались дамы в невероятных нарядах с биолюминесцентными элементами, кавалеры в безупречных костюмах-хамелеонах. В воздухе тонкий аромат дорогих духов смешивался с запахом озона от проезжающих мимо машин, блестящих ярким хромом.

— Это… как из фантастических романов, — прошептала Изабелла, прилипнув лбом к стеклу. — У нас даже императорский дворец выглядел как мрачная крепость. А тут… просто невероятно! Все сияет!

— Позолота на гнилом дереве, — проворчал отец, но Изабелла его уже не слушала.

— Видар, а что это за магазин?

Она тыкала пальцем в очередную сверкающую витрину.

— Там платья светятся! А вон там… Это же иллюзорные скульптуры? Они двигаются! А люди… все такие красивые! Ни морщинки!

— Косметология на уровне воевод и генной терапии, — ответил я, чувствуя, как устаю от нескончаемого потока восторга. — Стандарт для среднего класса и выше. Красота и молодость — товар. Доступный. Как и все здесь. За плату.

Вивиан встрепенулась. Ее умный взгляд стал аналитическим.

— А что с теми, кто не может заплатить? Где они? Их просто… нет? Или они не смеют показываться в таких местах?

Я обменялся быстрым взглядом с отцом. Вивиан схватывала суть быстрее сестры.

— Они… в других районах, — уклончиво сказал я. — Работают. На заводах, в сервисных зонах.