Серые пустоши жизни

Первое, что он увидел в коридоре, был склонившийся в поклоне благообразный старик в синем балахоне с шитым золотом поясом. Серебряные глаза Владыки остановились на нем, и слуга почувствовал, что его схватили за грудки. Он осмелился поднять глаза на Хранителя и тут же, до смерти перепугавшись той дикой ярости, что пылала в этих жутких, нелюдских глазах, уперся взглядом в пол. Сжавшись в комок, он услыхал пробирающий морозом по коже голос:

– Да, Владыка… – поспешил ответить он.

– Девушка была великолепна, – в голосе говорившего перекатывались камни, – оставишь ее только для меня. Другим не давать. Понял?

– Все понял, Владыка! Будет так, как вы сказали, – мелко и часто закланялся старый слуга, весь дрожа от ужаса.

– А теперь слушай меня, тварь… – прошипел Йаарх, наклонившись к самому уху управителя и оскалив в кривой ухмылке зубы. – Прикажешь еще кого высечь, самого будут сечь, пока не сдохнешь. Пшел вон!

И отшвырнув ничего не понимающего слугу, он зашагал прочь. А управитель молча, перепугано, смотрел ему вслед и думал о том, что король Морхр конечно был не сахар, но по сравнению с этим белоглазым чудовищем… И зачем только король… Но старик тут же одернул себя, запретив себе даже и думать о подобном, не его это было дело, он всего лишь слуга и должен выполнять свою работу. Не ему вмешиваться в дела правителей народов. Вздохнув, старый управитель покачал головой и направился искать старшую горничную.

Мышиная возня больших котов

Йаарх несся по коридорам, ярость его все нарастала. Он не знал дороги, просто куда-то шел, не понимая ничего и не видя окружающего. Воздух казался жидким огнем, обжигающим легкие, и он задыхался, постоянно сглатывая комки в горле. Хранитель пробегал по коридорам с такой скоростью, что слуги едва успевали отскакивать в сторону, удивленно посматривая ему вслед, а близнецы изо всех сил старались не отстать от него.

«А теперь стой!», – голос Меча был хлестким, как удар кнута.

«Пошел ты…», – только и прохрипел в ответ Хранитель, но вдруг его тело перестало ему повиноваться.

Он так резко остановился, что хралы чуть не налетели на него. Пытаясь освободиться, Йаарх страшно матерился в уме, так как Меч парализовал его полностью, ни один мускул не подчинялся.

«А ну прекрати, сволочь!», – взвыл он, не прекращая безнадежных попыток вырваться.

«Слушай меня, и внимательно!», – рявкнул в ответ Меч.

«Оставь меня в покое и отпусти!», – ничуть не более любезно отозвался Йаарх.