Не жди меня долго

Она явилась в отделение по собственной инициативе после того, как увидела в местной газете фотографию трупа неизвестного. Матвеева утверждала, что 11 октября видела этого мужчину в междугородном переговорном пункте. Но, заказывал ли он телефонный разговор или нет, она утверждать не могла.

Таким образом, версия Горшкова нашла свое косвенное подтверждение, хоть и не принесла ощутимых результатов. И, судя по отсутствию подтверждающих документов, первичное следствие не уделило этим показаниям никакого внимания.

Далее Анне попалась еще одна интересная информация – показания гостиничной горничной. Она рассказала, что 11 октября видела неизвестного дважды. Утром у стойки администратора, когда он хотел заселиться, и вечером на четвертом этаже. Он стучался в какой-то номер, но ему не открыли. На вопрос следователя: уверена ли она, что это был именно тот мужчина, горничная выразила неуверенность, сказав, что в коридоре было темно, и она могла ошибиться.

Чем дальше Стерхова углублялась в следственные материалы, тем яснее становилось, что следователь допустил множество ошибок, не уделил внимания очевидным фактам, деталям и мелочам.

Оно и ясно: времена были неспокойные. Работы у следственных органов было много.

В середине дня в комнату быстрым шагом вошел Петров. Его лицо было разочарованным и напряженным.

– Ну, что, Лев? – спросила Стерхова, отрываясь от документов.

– Я не смог найти вашу Румико! – доложил Петров. – Искал везде. Говорил со знакомыми и с портье. Обманом, с горничной, проник в ее номер. Вещи на месте, а самой Румико нет. Звонил матери во Владивосток, туда она тоже не возвращалась. Мобильный телефон по-прежнему недоступен.

Анна слушала и чувствовала, как внутри нее нарастает тревога.

– Боюсь, это плохо может закончиться.

Петров нервно переступил с ноги на ногу:

– Что делать-то будем?

Стерхова глубоко вдохнула, приводя мысли в порядок.

– Пока займитесь другим. Найдите возможность отправить в московское следственное управление пакет с вещами Головенко. Это срочно. Лучше, с оказией. Так быстрее.

Забрав у нее пакет, Петров вышел из штаба.

Оставшись одна, Анна вспомнила про списки, которые дал ей Горшков. Она достала из файла ксерокопии и бегло просмотрела фамилии членов научной экспедиции. Среди прочих фамилий знакомой была лишь одна – Воронин. Алексей Семенович Воронин, научный руководитель экспедиции, отец режиссера.

После этого Стерхова перешла к списку членов команды «Океаниды».