Двойня в подарок-2. Семья

Хотя сейчас у Морозова дел невпроворот.

— Почему загорелось, не знаешь? — спрашиваю я Надежду, включая чайник.

— Ой, да там же одни сараи! Говнобайка она и есть! Какой-нибудь притырок уснул с окурком. Вот и понеслось.

«Только бы не поджог», — зябко ежусь я, обнимая себя за плечи. По позвоночнику струится обжигающий холод.

Неблагополучный район с одной стороны примыкает к комбинату. И вполне возможно, пожар устроили по заказу Копылова.

Хотя зачем? Он же солидный человек. И не должен опуститься до лютого криминала.

«В любом случае, Тиме сейчас придется несладко», — вздыхаю я. И заслышав дружный плач дочек, несусь наверх.

— Я тебе звонил, звонил, а ты трубку не брал, — бухтит по дороге к машине Столетов.

— Спал, — огрызаюсь я, на ходу просматривая пропущенные вызовы. От Богдана, от замов, от МЧС и полиции…

«А без меня потушить не могут, блин», — морщусь я от раздражения.

— Кофе бы сейчас, — усевшись за руль, мечтаю я вслух.

— Вроде в центре какие-то ларьки работают, — подхватывает Богдан.

— Если сучонка Дроздова, то обойдусь.

А то отравит еще, козел!

— Да ладно! — смеется Богдан. — Тебя скорее Лера твоя отравит.

Резко паркуюсь около обочины. Настроение и так ушло в минус от пожара в Ольховке. Еще неизвестно, какие будут последствия. А они будут.

Сейчас бы дрых рядом с женой.

— Выходи, — велю я Столетову.

— Это еще почему? — словно не понимает он.

— Бить тебя уже бесполезно. Голова давно отбита. Остается только одно. Не слушать твой поганый треп. Давай дергай отсюда.

— Да никуда я не пойду, — в своей нагловатой манере откликается Богдан.

— Тогда заткнись, понял?

Пару минут мы едем молча. А затем Столетов снова подает голос.

— Тима, а эта футболка на тебе какого бренда?

Изумленно приподняв трикотажную ткань, мельком оглядываю внушительный якорь, вписанный в треугольник. А в одном из углов покоятся пять буковок.

— Это самое важное, что тебе хочется сейчас узнать? — интересуюсь я саркастически.

— Мне — нет. А твои враги раздуют целую историю. Сколько эта тряпка стоит?

Задумываюсь на минуту.

Сколько я за нее платил? Уже не помню. Кажется, восемьдесят косарей или даже сто…

В любом случае, Богдан прав. К погорельцам в такой одежке являться нельзя. Кто-нибудь обязательно сфотографирует, найдет в интернете. А там и до скандала недалеко.

— Ко мне заскочим на минутку. Выдам тебе что-нибудь демократичное, — заявляет Богдан. А я, соглашаясь, молча перестраиваюсь и, свернув в знакомый проулок, останавливаюсь около одноэтажного старого дома.