Юнкер

Конечно, Багратион взвалил на меня кое-какие вопросы, не спрашивая, и я в каком-то смысле чувствовал за собой моральное право отыграться — хотя бы таким дурацким способом… но явно перегнул палку. В конце концов, передо мной не однокашник из училища и даже не родственник.

— Прошу меня извинить. — Я поднялся и вышел из-за стола. — Мне не стоило…

— Извинения приняты, — усмехнулся Багратион. — Но если тебе больше нечего мне сказать — можешь быть свободен. И на всякий случай: если еще раз позволишь себе подобные выходки — я вышвырну тебя вон.

— Поверьте, ваша светлость, у меня было бы и мысли тревожить вас без значительного повода. Это я забрал с трупа того, кто в меня стрелял… — Я протянул Багратиону добытый в честном бою металлический цилиндрик с кнопкой. — Думаю, такая вещь СТОИТ вашего внимания.

Багратион молча принял «глушилку» из моих рук, обошел стол и уселся на свое законное место. Минуту или полторы повертел цилиндрик в руках, и я то и дело ощущал едва заметные всплески его Дара. Видимо, магического «сканирование» почти ничего не дало — и тогда светлейший князь нажал на кнопку. И еще раз. И еще.

Понял. Без объяснений, без всего — иначе и быть не могло. И я увидел то, что, пожалуй, не приходилось видеть никому… последние лет пятнадцать-двадцать уж точно.

Петр Александрович Багратион, почти всемогущий глава Третьего отделения собственной канцелярии ее Императорского величества, Одаренный второго магического класса, по праву считавшийся одним из самых опасных людей в столице… нет, пожалуй, все-таки не боялся. Не паниковал. Может быть, даже не так уж сильно удивлялся — но уж точно чувствовал себя растерянным.

Две или три секунды.

— Показывал еще кому-нибудь? — Багратион сжал кулак, скрывая мою добычу. — В училище… деду?

— Нет. — Я пожал плечами. — Слишком уж непростая игрушка.

— Это не игрушка, Саша, — медленно проговорил Багратион. — Похоже, все даже серьезнее, чем я думал.

А то. Если уж в руках таинственных заговорщиков оказывается то ли артефакт, то ли невиданная доселе технология, способная свести превосходство даже самых могучих Одаренных над простыми смертными практически к нулю.

Багратион явно прокручивал в голове тонны мыслей зараз — а его руки будто бы жили своей жизнью. Не глядя, его светлость разбирал хитрый прибор, попеременно действуя то загорелыми крепкими пальцами, то магией.

Я так и не догадался заглянуть, что там внутри.