Заклинатель снега

Я почувствовала, как стянуло лодыжку, сильным ударом из моих легких вышибло почти весь воздух, стало страшно, в уши будто рычал огромный зверь, готовый меня сожрать.

Я пинала ногами воду, пытаясь восстановить контроль и вернуться на поверхность, но мне как будто что-то мешало, какая-то невидимая сила. Доска была во власти волн, лиш натянулся и не давал мне нормально плыть.

Горло сжалось, в груди горело. Мне не хватало воздуха. Я вытянула вверх руку, широко раскрыла глаза, в мути увидела колеблющиеся вспышки света и, судорожно двигая ногами, попыталась до них добраться.

Меня толкнуло в сторону и перевернуло. Все как будто опрокинулось вместе со мной. Колено уперлось в живот, и я так сильно стиснула зубы, что почувствовала во рту вкус крови. Вокруг холодная муть, плотный водяной туман.

Мне вдруг стало больно. Боль пульсировала под кожей. Меня как будто кто-то душил. В отчаянии я схватилась за шею. Потом из последних сил попыталась плыть вверх, двигаться, делать что-нибудь, чтобы спастись.

Это невозможно, это глупо – нельзя так просто взять и утонуть. Нужно просто плыть, просто добраться до воздуха, ведь это несложно.

Легкие горели, сердцебиение замедлилось, гулко стучало в ушах, руки и ноги онемели. Я почувствовала, что у меня не осталось сил.

Вокруг все содрогнулось от нового толчка, как при землетрясении. И меня как будто вывернуло наизнанку. Я больше ничего не чувствовала, только черный хаос вокруг.

Я видела свои волосы, они плавно качались у лица, и сквозь муть – бледные пятна света вдалеке. В этой агонии я увидела свой конец. Все-таки тону… Как глупо…

И пока на меня обрушивалась тьма, я из последних сил протянула руку вверх. Туда, где было недостижимое спасение. Туда, где в темноте виднелся освещенный бревенчатый дом.

Потом в меня разом хлынула ледяная вода. Она прорвалась через горло, проникла в каждый уголок и щель моего тела, и последнее, что я почувствовала, было невыносимое жжение.

А потом… больше ничего не было.

Холодно не было и не было темно. Я оказалась внутри чего-то без конца и без начала, как случалось в снах. Под ногами было что-то мягкое и знакомое моему сердцу.

Когда я открыла глаза, одного взгляда оказалось достаточно, чтобы все понять: я видела горные вершины и вековые леса, прозрачные озера в окаймлении папоротника, бесконечные долины, знакомые облака и реки, сверкавшие, как хрустальные ленты, – это моя Канада. Все здесь было как прежде, дышало гармонией. Именно там я его и увидела.