Развод в 45. Я тебя не прощаю (СИ)

На цыпочках перебегаю на другую сторону комнаты и недоуменно замираю. Там, где должен находиться мой чемодан, – пустота.

И тут же вздрагиваю, заслышав за спиной голос Грома.

Обернувшись, с облегчением отмечаю, что друг успевает надеть на себя штаны. Хотя не сказать, что от этого легче. Обнажённый торс выглядит не менее впечатляюще, чем бёдра в трусах. Что сказать, ежедневные утренние заплывы в бассейне, оказывается, способствуют развитию неплохой мускулатуры. На что я раньше даже и не думала обращать внимание. И непонятно, с чего сегодня вдруг заинтересовалась. Похоже, точно пора прекращать пить. А то я так скоро в самом деле начну видеть в лучшем друге мужчину. Ужас!

– Там, где и должен быть, – отзывается между тем сам Гром. – Мы с тобой это обсуждали. Забыла?

– Что обсуждали? – хмурюсь растерянно.

И лишь спустя мгновение в мозгу вспыхивает догадка.

– Да ты шутишь, – выдыхаю недоверчиво, глядя на него во все глаза.

– С каких пор склонность сдерживать свои обещания приравнивается к шуткам? – язвительно переспрашивает Гром.

Ещё и руки на груди складывает, одаривая меня насмешливым взглядом.

Я же спешу в гардеробную. И всё надеюсь, что друг и правда просто решил надо мной подшутить. Не мог же он в самом деле сотворить подобную дерзость? Это же Гром. Вежливый, воспитанный человек, уважающий чужие границы. И вдруг такое?! Да нет. Не мог он.

Потому что в маленьком помещении, больше похожем на просторный шкаф со множеством отделений для одежды и обуви, наполнено не только мужскими вещами, но и женскими. Рядом с рубашками и пиджаками висят мои собственные и платья. Футболки с джинсами аккуратно свернуты и уложены в не менее аккуратные стопки. На нижних полках – обувь. Я мечусь взглядом с одного наряда на другой, с ужасом осмысливаю всю степень содеянного Громом. А выдвинув один из ящиков, степень шока усиливается. Ведь Гром не только одежду разложил, но и всё моё нижнее бельё!

– Должен же я был чем-то заняться вчерашним вечером, пока надеялся, что ты вернёшься домой добровольно, – комментирует всё увиденное мной друг детства, остановившийся за моей спиной.

Я всё ещё в шоке. Рука отдельно от разума тянется к ближайшим джинсам. Отстранённо наблюдаю за тем, как разворачиваются штанины, а потом… с разворота кидаю их в Грома. Тот ничего такого не ожидает, но ловит их довольно ловко, пусть и по инерции. Очень уж удивлённо на меня смотрит.

Не договаривает. Вслед за первыми джинсами в него летят и другие. Уже его.