Развод в 45. Я тебя не прощаю (СИ)

А что не так? – делает вид, будто удивляется. – Это же в самом деле из-за неё всё. Она виновата. Она всё испортила! Она и ты! – разворачивается обратно к нам с Громом.

Ну хоть не на сына направлен теперь его гнев, уже хорошо.

– Хватит, не дури, – подаёт голос вставший передо мной Гром.

Григорий одаривает нас злым взглядом.

– Сказал тот, кто увёл жену у своего лучшего друга! – язвит.

– Я никого не уводил. Иначе бы давно это сделал, – парирует Гром. – Опусти оружие.

– Да катись ты на хрен, лучший друг!

Тишину вечера разбавляет громкий выстрел.

Все спешно приседают в моменте. До меня же вдруг в полной мере доходит, что Григорий не шутит. И этот выстрел в небо – только начало. Не разговаривать он сюда явился. Мстить. В груди пустота разверзается, стоит только представить, что кто-то из нас в самом деле может вскоре пострадать.

– Не уводил, говоришь? То есть это не ты стал спать с моей женой ещё до нашего с ней развода? И не ты сегодня сам на ней женился? Потому что не уводил, да?

Воздух рассекает вторая пуля.

Я до сведённых судорогой пальцев цепляюсь за руку Грома, чувствуя, как мне резко перестаёт хватать воздуха.

Господи, образумь его!

Происходящее напоминает плохой сон. Нечто нереальное. Эфемерное. Будто не с нами происходит.

Гришу мотает из стороны в сторону, пистолет в его руках тоже ходуном ходит, а он и не думает успокаиваться.

– Что молчишь? – кричит на Грома. – Нечего сказать? Потому что сам знаешь, что я прав!

Плечи Грома напрягаются, но отвечает он вполне спокойно.

– Ты прав. Я должен был дождаться вашего развода. Не сдержался. Прости меня, друг.

Лично у меня зуб на зуб не попадает. С шумом тяну в себя воздух, а внутри всё дрожит от страха. Если он сейчас выстрелит. Если попадёт в Грома… От одной этой мысли уже сейчас готова сама умереть. Тем более, что извинительная терапия Грома не действует. Гриша не проникается покаянием. Наоборот, злится больше прежнего.

– Друг? Друг? Какой я тебе после этого друг? Не смей так меня называть!

– И как мне тебя тогда теперь называть?

– Точно не другом! – вопит он, тряся пистолетом.

 – Ты им никогда не был. Да я вообще всегда ненавидел тебя! Весь такой идеальный. В костюмчиках своих вечно. При параде. Вежливый до скрежета зубов. Всем нравишься. Да что в тебе такого, что тебя все так любят? Даже Лида. Сколько бы я для неё не делал, что бы ни делал, она всё равно всегда видела лишь тебя! Расцветала при виде тебя, как эти её дурацкие цветы. Даже после того, как мы поженились.