Конго Реквием

Жаклин жила в другом мире – навязчивый бред о мести односельчанам, безумная любовь к ее бошу, отвращение к ребенку, которого она истязала, но иногда ассоциировала с любовником. Между словами угадывалось, что она использовала его в сексуальном плане. Некоторые записи было невыносимо читать: как она прижигала его сигаретой, резала ножом, гонялась за ним среди отбросов по закоулкам заледеневшего дома, чтобы «кое-что ему сделать».

Ребенок был помещен под государственную опеку. В документах не объяснялось, почему его назвали Грегуаром. После многих месяцев в педиатрическом институте психиатрии его отправили в детский дом недалеко от Суассона, потом в приют в Бове, дальше – приемная семья в парижском предместье. В папке содержались кое-какие следы этих лет врастания в общество: Грегуар приспосабливается, но ему так и не удастся нагнать школьное отставание.

Эрван воображал, что мог представлять собой мозг мальчика после всех испытаний, которые тот перенес: травмы, расстройства, фрустрации, которые готовы были выплеснуться жестокостью и безумием. Кстати, выписки из школьных заведений сигнализировали о проблемах – кражи, драки, грубые оскорбления.

В результате, получив свидетельство о школьном образовании, Грегуар уходит в армию и становится полицейским – как говорили в те времена, «охранником порядка». Он начинает вести себя лучше. Форма и дисциплина возвращают его к нормальной жизни, по крайней мере внешне.

Эрван прикинул, до какой же степени Старик всю свою жизнь врал, придумывая себе бретонские корни, теша себя принадлежностью к старинному роду, он, маленький бастард, дитя позора и предательства. Еще одно обстоятельство усугубляло его волнение: до него эти страницы прочел де Пернек и оставил свои пометки, подчеркивая некоторые абзацы, добавляя на полях комментарии. Психиатр был увлечен столь интересным случаем: он сделал из Грегуара, затерянного в тропиках молодого копа, подопытного кролика, предмет изучения – и экспериментов.

До самого рассвета Эрван переваривал эту информацию, возвращаясь постоянно к истокам, к Kleiner Bastard первых лет. На данный момент он не представлял, как применить свое открытие, но его собственные заключения были ошеломительными: совершенно иной взгляд на отца, этого монстра, палача матери, главного мерзавца…

Он все еще витал в своих мыслях, когда телефон завибрировал.