Право на счастье (СИ)

Быстрые шаги и сильные руки обнимают, чтобы мгновенно увлечь в темный проулок, подальше от света и людей.

— Невероятно длинный день, — прошептал Ян, склоняясь к ее губам.

— Не могу не согласиться, — ответила Кати.

— Могу ли я надеяться, что и вы скучали… без моего общества? — иронично вздернув бровь, поинтересовался император.

— Можете, — слукавила Катарина, — ведь надежды имеют свойство жить вечно.

— Коварная! — притворно возмутился Хассиян, — И месть моя будет… сладкой.

Он медленно склонился к ее губам, осторожно касаясь, нежно лаская, чуть настойчиво размыкая ее уста, чтобы отступить, едва ощутил протест смущенной его действиями девушки.

— Странная месть, — Кати рассмеялась, когда его поцелуи от пальцев и ладоней переместились на щеки, нос, губы.

— Это не месть, — обиженно пояснил Ян, — это проявление моей радости по поводу встречи, а месть… — послышался звук подъезжающей кареты, — она впереди…

В закрытой темной карете, не позволяя Катарине выглянуть в узкое окошко, Ян молча ехал, на все расспросы отвечая тихим смехом.

Карета остановилась, когда шум морского прибоя уже заглушал стук колес. Не обращая внимания на шутливое сопротивление, император подхватил вопящую о нежелании погибнуть утопленной во цвете лет девушку, и уверенно понес к витой беседке над обрывом.

— Я не настолько молод, чтобы вновь гулять ночь напролет, — пояснил Хассиян, — сегодня гуляем исключительно по воспоминаниям.

— Сколь длинное, а главное малоприятное путешествие вы изволили мне предложить.

Кати, как не была влюблена в императора, оказавшись у него в руках, задрожала от страха.

Ян понял, одарил ее своей понимающей усмешкой, и, отпустив, повел за собой.

Их ждал накрытый стол, вино в хрустальных бокалах, и ароматное мясо на вертеле. Единственный слуга низко поклонился, приветствуя, и тут же вернулся вновь к приготовлению трапезы.

— Вы не против отужинать в моем обществе? — помогая ей сесть на узкую тахту, поинтересовался Ян.

— Вы оставляете мне выбор? — Катарина рассмеялась.

— Выбирать всегда тебе, Кати, — Ян сел напротив, знаком приказал подавать мясо, — я никогда принуждать не буду.

И она ему поверила. Понимала, что вера не основана ни на чем, но все же верила… в этот миг.

— Расскажи о себе! — Ян отсалютовал бокалом, не отводя взгляда от девушки, сделал глоток.

— Я… — Кати задумалась, — Я, вопреки всему, теряю голову в вашем присутствии, и в то же время вы вызываете во мне…

— Страх? — Хассиян улыбнулся. — Не отрицай, это заметно.