Пленник ее сердца

Полина оказалась как раз между ними: каждый поверял ей свои тайны, но при этом требовал молчания. Не дай бог кому оказаться на ее месте!

Они принадлежат к привилегированному сословию, у них есть все, о чем только можно мечтать: богатство, положение в обществе. Но больше всего им повезло друг с другом: у сына есть любящая мать, а у матери – любящий сын. Чего еще желать от жизни?

– Чепуха, – пробормотала Полина.

– Стих, – бросив на нее пренебрежительный взгляд, сказал Грифф.

– Главу и стих назовите. – Он наклонил голову, заглядывая ей через плечо.

 – Мне бы хотелось знать, где именно святой Павел в своем послании к эфесянам использовал это слово.

Полина заерзала на стуле, заслоняя от него Библию.

– Это слово было написано карандашом на полях. – Пусть знает, не только он умеет складно врать.

– Кто-то делал пометки в семейной Библии? – Герцогиня, выгнув бровь, посмотрела на сына.

– Только не я. Ты же знаешь: я никогда не читал эту книгу.

– Хм. – Герцогиня позвонила в колокольчик, и когда появилась горничная, велела ей привести в гостиную всех домашних слуг.

Как только вся прислуга, от дворецкого Хиггса до поломойки Маргарет, выстроилась в шеренгу перед герцогиней, ее светлость обратилась к ним.

– Кто-то надругался над Священным писанием. Пусть тот, кто это сделал, выйдет на шаг вперед.

Разумеется, никто из них этот шаг не сделал, зато его сделала Полина, поднявшись со стула:

– Я соврала: не было там никаких заметок на полях. И есть еще кое-что, о чем вам следует знать, ваша светлость: герцог от вас кое-что скрывает.

В комнате наступила звенящая тишина.

А взгляд, которым окинул ее Грифф, проморозил ее до мозга костей. Гнев, обида, презрение – все было в этом леденящем взгляде. А еще предупреждение: «Только посмей!»

Полина отдавала себе отчет в том, что, если она сейчас нарушит данное ему слово и расскажет о его безвременно погибшей дочери, он никогда ее не простит. Как бы хорошо он к ней ни относился, какое бы наслаждение ни разделяли они прошлой ночью – не простит, а вычеркнет ее из своей жизни, стряхнет, как пылинку с рукава.

Полина судорожно сглотнула и прошептала:

– Аметисты. Герцог по своей доброте меня покрывает, но он не сказал вам всей правды, ваша светлость. Застежка не сломалась – колье с моей шеи сорвал вор.

Все слуги разом ахнули.

– О, мисс Симмз, – встревожилась ключница. – Вы не пострадали?

– Нет, со мной все в порядке, но вот моя репутация изрядно пострадала. Я гналась за вором по всему парку и кляла его на чем свет стоит.