Алая нить

Марша Бартон обладала той изысканностью и изяществом манер, что мгновенно помогли Каролине справиться со своей стеснительностью. С приветливой улыбкой маленькая гостья протянула подарок Марше.

— Какая прелесть, — сказала хозяйка дома.

— Моя мама сама упаковала его, — с гордостью сообщила Каролина, и Сьерру бросило в жар. Она успела окинуть взглядом подарки остальных гостей, сложенные на полированном красного дерева кофейном столике невдалеке от нее. Все, очевидно, куплены в дорогих магазинах и упакованы профессионально.

Она с тоской подумала о деревянной коробочке и дешевом блеске ее содержимого. Как ей хотелось выхватить подарок и бежать отсюда без оглядки.

Как только Каролина присоединилась к группе сверстниц, Сьерра поблагодарила хозяйку за приглашение и извинилась за то, что не может остаться в их гостеприимном доме.

— О, оставайтесь, пожалуйста, — произнесла Марша таким то ном, будто и в самом деле хотела этого. — Памела говорила, что ваш сын играет в школьной бейсбольной команде, и сегодня, как мне известно, у них тренировка.

Она не ошиблась. Перед тем как привезти Каролину сюда, Сьерра отвезла Клэнтона в школу. А после занятий тренер пригласил всех мальчиков к себе домой на барбекю и просмотр фильма.

Лукаво улыбаясь и весело поблескивая своими голубыми глазами, Марша доверительно шепнула, что Памела безнадежно увлечена Клэнтоном.

— Она говорит, что он самый красивый мальчик в школе.

Сьерру не удивило, что Клэнтон вызывает трепет в сердцах девчонок.

Чертами лица и цветом волос он пошел в отца, а от нее ему достались светло-зеленые глаза. Такое поразительное сочетание всегда привлекало всеобщее внимание.

— Мне в самом деле нужно идти, — еще раз сказала Сьерра.

— Побудьте еще немного, хотя бы познакомьтесь с другими мамами.

Как только Марша слегка коснулась ее локтя, Сьерра поняла, что приговорила себя к дальнейшему унижению.

Все дамы были исключительно вежливы. Лишь одна так смерила ее взглядом, словно Сьерра только что выбралась из ночлежки.

Неизвестно, заметила ли это Марша, но, проявляя бесконечное тепло и дружелюбие ко всем, она осталась стоять возле Сьерры.

Не помогло. Сьерре не стало уютнее. Она вежливо, как ей показалось, дождалась паузы в напыщенном пустом разговоре, извинилась и ушла.

Дышать стало гораздо легче, после того как она выехала за ворота и по извилистой дороге направила машину прочь с холмов Студио-Сити в сторону потонувшей в смоге низины Северного Голливуда.