В отсутствие начальства

Подполковник сел на стул и недовольно посмотрел на статского советника:

– Какие-какие? Секретные. По итогам войны с Японией был написан новый устав полевой службы, учитывающий полученный опыт. Он еще не доведен до войск и существует в пяти экземплярах. Один находился у командира Третьего тяжелого артиллерийского дивизиона полковника Сопоцко-Сырокомли. Неделю назад дивизион прибыл в Клементьевку, расположился в палатках. И устав тут же исчез.

– Сопоцко-Сырокомля… Поляк? Как и Зараковский?

– Настоящее имя оценщика – Франтишек Бжищ. Он резидент австрийской разведки по кличке Людвиг. Осел в России аж десять лет назад под видом солдата-дезертира. Имеет капитанский чин. Все это, кстати, выяснил твой сын Павел Лыков-Нефедьев. Можешь его поздравить с первым орденом. Он в марте вернулся из Галиции, где с риском для головы добыл важные сведения. И не только об агентах-пилсудчиках в наших западных губерниях. Павел также сумел выкрасть и доставить в Огенквар квартирное расписание всей австро-венгерской армии! С указанием начальствующих лиц вплоть до командиров батальонов включительно. Секретным приказом государя награжден за это орденом Анны третьей степени.

– Молодец Павлука, – одобрил папаша. – А то у Николки уже два ордена, а у этого лишь юбилейная полтавская медаль.

– Так что след мы взяли, спасибо тебе за находку позади кухонного ларя. И странным образом почти одновременно с этим к нам в руки пришли сведения из Галиции. Отец с сыном постарались! Ну а это что у тебя на полу валяется? Как говорит мой денщик, сплошной хавоз.

– Вовремя ты появился, Игорь Алексеевич, – спохватился сыщик. – Без тебя в таком деле не разберешься. Слушай, что я обнаружил…

И он сообщил подполковнику свои догадки. В доказательство привел земельные отводы возле мостов и виадука. Тот посмотрел и согласился, что таких совпадений не бывает.

Они стали вместе разбирать остальные заявки. Военные знания Продана тут же пригодились. На вопрос, что интересного может быть для шпионов в Двинском уезде Витебской губернии, офицер заявил:

– Сразу видать, что ты не кончал академию Генерального штаба и не учил военную географию. Там через Двину переброшен мост Петербургско-Варшавской железной дороги. Сто двадцать одна сажень в длину, на трех каменных быках. Гордость русской инженерной мысли. А в пролете этого моста под Варшавской дорогой проходит Риго-Орловская, та самая, что пересекает Смоленск.