Дверь на двушку

Это было то мгновение перед детскими слезами, когда человечек вбирает в себя воздух, заряжаясь для долгого возмущенного крика.

– Обжегся! Быстрее вытаскивай его из «кенгуру»! – велел Ул и, дуя на пальцы, стал высвобождать ребенка.

Застежка «кенгуру» плакала пластиковыми слезами. Ткань тоже коробилась. Она была натуральной, но, видно, в краске и в прошивавших ее нитках имелись примеси. Сейчас все это начинало разогреваться и пузыриться. Скорее всего, «кенгуру» «поплыло» почти сразу, как они попали в Межгрядье, теперь же, намокнув в воде, быстро разрушалось.

Передав ребенка Улу, Яра освободилась от «кенгуру» и бросила его на камни. Вокруг «кенгуру» с любопытством шмыгали крошечные деревца, похожие на паучков. Другие деревья, неохватные, морщинистые, с наклоненными к воде ветвями, сомкнутым строем окружали озеро. На ветвях у них было нечто вроде тополиного пуха. На глазах у Яры ветер подхватил несколько пушинок и опустил их на камни. Вначале прокатил их, бесцеремонно кувыркая, несколько даже сбросил в воду, но пушинки цеплялись за камни, а потом вдруг стали разбегаться как живые.

Яра поняла, что это крошечные, но уже полностью сформировавшиеся деревца. Сейчас они, спасаясь от ветра, жмутся под влажные камни. Вскоре им перестанет хватать под камнями света, и, окрепнув, они начнут отбегать от своих укрытий все дальше, все смелее, а затем и вовсе, поверив в свои силы, оторвутся от родных мест и будут скитаться по Межгрядью.

Чем дольше Яра всматривалась, тем больше видела.

Что-то двигалось в трещинах скал, бежало непрерывными струйками. Это были юные, ловко карабкающиеся по скалам деревья. Их были многие тысячи. Целая струйка молодых деревьев привычно сбегала к озеру, пользуясь знакомыми трещинами в скале, а другая такая же цепочка деревьев, уже напившись, спешила вверх по скалам.

А потом Яра вдруг увидела в стороне от озера сияющее пятно. Вначале не очень отчетливо. Просто отметила, что это место какое-то не такое, как все, что его окружает.

В полукруге тесно растущих старых деревьев лежал большой камень. Верхушка камня была стесана. Углубление делало камень похожим на чашу. И эта чаша не была пустой. Из нее бил свет.

Ул же, напротив, после озера отяжелел. Каждый шаг давался ему с усилием, он задыхался, и Яра легко обогнала его. Илью она теперь держала на руках. Приближаясь, Ул постепенно различил, что чашу заполняют камни – большие и маленькие.