Заставь меня любить

 — Влад, хочешь, я покажу тебе, какие еще машины у меня появились?

— С большим удовольствием, Ягодка, — мужчина искренне улыбается, нарост игнорируя косые взгляды Димы, который в данную секунду просто молчит. — Тогда идем.

— Милая, — наконец, нарушает молчание Шахов, — Владу уже пора. В другой раз.

— Правда? — с надеждой в голосе спрашивает Соня.

Ситуация накаляется, в воздухе витает полный раздрай, а ребенок ждет ответа, искренне мечтая, чтобы Влад остался. Я вижу это по ее глазам. Сейчас от ответа Беркута зависит самое главное: начнет ли он войну с Димой или же временно возьмет паузу.

— Я отменил все свои встречи, Ягодка, потому я с удовольствием пойду с тобой, — победоносно улыбаясь, произносит Влад, предполагая, что Дима не станет при Соне выяснять отношения.

Я ощущаю, как уголки моих губ подрагивают, и я незаметно киваю Владу. В свою очередь, мужчина смотрит на меня, будто спрашивая: «Неужели ты могла усомниться во мне, Владиславе Беркутове?»

Проходит немногим больше часа прежде чем Влад выходит из комнаты дочери.

Его лицо озаряет улыбка, которая раньше так редко красовалась на его красивом лице. Димы по-прежнему нет дома, он уходит, как только Влад переступает порог комнаты Сони.

— Ничего не хочешь сказать? — Беркут складывает руки перед собой, внимательно рассматривая мое лицо.

— Что я должна сказать тебе, Влад? — отвечаю тем же взглядом.

— Вышел по делам, — сдавленно произношу я.

— Какого черта, Есения? — взрывается Влад. — Я видел, как ты потирала свою щеку, он ударил тебя, так? Тогда какого, я спрашиваю, черта ты находишься в одном помещении с этим опасным для тебя и нашей дочери человеком?

— Влад, — говорю спокойным тоном, зная, что он прав на все сто процентов.

 — Это произошло впервые. Я не ожидала, а потом пришел ты. Дима приревновал меня.

— Серьезно? Ты защищаешь его? — не унимается Беркут, в два шага преодолевая расстояние между нами.

— Нет, конечно, нет! Я просто до сих пор не могу отойти от шока, — честно говорю я, чувствуя, как ком подступает к горлу.

Для меня самой эта ситуация становится патовой, но я не успеваю решить, что делать дальше, потому как в квартиру почти врывается Влад.

— Ты ведь не любишь его? — снова повышает голос Беркутов. — Тогда зачем терпеть того, кто с легкостью может втоптать тебя в грязь? И не только тебя. Есть еще ребенок, который может пострадать от этого человека.

— Послушай, Влад. Ты ничего не знаешь о моей жизни за эти долгие шесть лет.