Секс и ничего личного (СИ)

— Я ничего не хочу знать о твоей задаче, я пришла не за этим. Дядя Квентин, я не могу участвовать больше ни в каких противозаконных делах. На кону мое будущее. Академия Права открывает такие дороги, о которых нам не приходилось и мечтать. Ты же сам говорил, что не просто так вкладывался в мое образование! Вот они — плоды. Мне нужно доучиться! Оставь себе квартиру родителей, если хочешь, я перепишу ее полностью на тебя, продолжай получать с нее деньги, продавай, что угодно… — я сглотнула, отдавая единственную ценность, которая у меня имелась.

А потом, наступив на горло чувству справедливости договорила: — Это ведь в основном твоя заслуга и результат твоих стараний. Ты не представляешь, какие там связи…

Иногда эта простейшая манипуляция срабатывала. Дядя любил, когда я признавала его воспитательный гений и вообще говорила ему о том, какой он молодец и как все делает правильно.

— Квартира? — переспросил дядя, и мой желудок скакнул к горлу.

— Да на хрена мне сдалась эта квартира? Она стоит сантимы по сравнению с тем, сколько я должен. И должен по твоей вине, Кэсс. Если бы ты осталась, мы бы все наладили, будущее для нас обоих, но не-ет, ты решила, что твое будущее важнее, чем жизнь какого-то левого родственника так? А теперь вдруг решила оценить мои старания? И кто тебе мешает учиться? Не хочешь вылететь из Академии — все просто! Делай нормально свою работу и не попадайся! Пара-тройка дел и все, твоей драгоценной учебе ничего не угрожает, а драму-то вокруг развела…

— Ты говорил, что тебе от меня нужно одно дело, — устало повторила я, понимая, что шансов нет.

Бесполезно.

— Да когда я тебе такое говорил? — мгновенно взвился дядя. — У тебя не только с мозгами, но и со слухом плохо? Я тебе ясно сказал, я должен деньги и большие и если не верну всю сумму, то мне конец! Ты чем слушаешь вообще? Конечно, зачем меня слушать, только и мечтаешь, чтобы я сдох, верно?

— Я этого не говорила, — сказала я и сама себя одернула.

Дура, молчи. Не втягивайся.

— А мне плевать, что ты говорила или нет, у тебя все на роже написано. В общем, Кэсс, ситуация простая. Или ты берешься за голову прямо сейчас, или я иду в полицию с чистосердечным признанием.

Я недоуменно моргнула.