Венец безбрачия белого кролика

Тот крикнул: «Еду к театру». Я предложил: «Довезу вашу супругу до первой бензоколонки на Новой Риге, быстрее получится». Ну и все!

Борис, который резал сыр, замер с поднятым ножом.

— Мы приехали раньше, — пояснил я, — нам просто повезло, не было ни одной пробки. Я купил Арти кофе, напоил ее, и тут прилетел супруг. Схватил жену в охапку и исчез.

— Он вас не поблагодарил? — удивился мой помощник.

Я потянулся к печенью.

— Нет. Но Семена Сергеевича можно понять. Он просто ошалел. Оставил жену в театре, не ожидал ничего плохого. И вдруг! Получает ее на бензоколонке, всю грязную, растрепанную, в измазанном платье, без шубы. Какие уж тут беседы?

Боря включил ноутбук, я хотел продолжить, но тут кто-то нажал на звонок, и по квартире понеслась настойчивая трель, которая не прерывалась. Я знал, чей палец сейчас тиранил звонок, и совсем не обрадовался гостье.

— Вы что, заснули оба? — закричала Николетта, врываясь в квартиру. — Вава, Зюка и Кока видели тебя вчера в театре.

— Доброе утро, Николетта, — поздоровался Борис.

Маменька ткнула в него пальцем.

— Кофе. Капучино. С корицей. Живо. Вава! Что за баба ходит с тобой по представлениям?

Я попытался вывернуться.

— Это случайное знакомство. Просто наши места оказались рядом. Она попросила программку, я ее дал. Все.

— Кока сказала, что вы пили шампанское. Мерзкое, — не утихала Николетта.

— В театральном буфете не подают приличное, — пожал я плечами.

— Сотри ухмылочку, — приказала маменька, — Кока искала тебя глазами все второе отделение. Не нашла.

— Правильно. Пьеса оказалась тягомотной, и я решил уйти.

— И бабу с собой забрал!

Я набрал полную грудь воздуха.

— Николетта, почему тебя так беспокоит мое пустяковое знакомство?

— Ты портишь мою репутацию! — взвизгнула маменька. — Связался не пойми с кем! Все уже об этом судачат! Люка видела вас в гробу!

Я ожидал от Николетты чего угодно, но ее слова довели меня до нервной икоты.

— В гробу? Меня? И соседку по партеру?

— Да! — топнула ногой маменька. — Позор! Карнавал на носу! И что? Вава спит в домовине!

У меня закружилась голова.

Николетта рухнула на диван.

Прекрасно зная, что маменька способна на странные заявления и ей в голову частенько приходят безумные идеи, я тем не менее опешил. Люка видела нас с Артемоной в гробу?

Николетта приложила ладонь ко лбу.

— Все! Пришла мигрень! Вечно, Вава, ты мое здоровье гробишь.

— Вроде ничего дурного я не делаю, — зачем-то стал оправдываться я и в ту же секунду рассердился на себя.