«Сандал», которого не было

– А если пожалуются и кто-то возникать станет? – спросил Дауд.

– Кто?! Все знают порядок! В прошлом году один новенький препод отказался деньги взять у Муслима, так тот ему чуть ухо не отрезал… Теперь бесплатно все нашим делает. Другие и так как шелковые. Но надо, конечно, для вида, к ним уважение проявлять.

– Как у тебя все просто! – удивился Дауд.

– Держись меня, брат! – сказал Шамсутдин. – Любые проблемы разрулим! Только надо достойных подобрать.

– Я некоторых знаю, – сказал Салман. – Предложу им.

Достойные ребята.

На следующий день вселяться в общежитие пришли сразу четверо: Идрис с экономического факультета, Дени из автодорожного колледжа и еще двое, которые нигде не учились, – Анзор и Назир. Их отчислили еще в прошлом году, но уезжать на родину они не торопились.

Как и рассчитывал Шамсутдин, проблем со вселением не возникло. Новоселье отметили шумно, с распитием дагестанского коньяка «Лезгинка» и последующими танцами «Лезгинки» под аккомпанемент «барабанов» из стульев в холле третьего этажа.

Никто им не мешал. Студенты старались без крайней необходимости из комнат не выходить, а вахтерша делала вид, что ничего не слышит.

– Мой отец с Басаевым в рейд ходил, – откровенничал за столом Анзор.

– А у меня брат стал шахидом, иншалла! – не отставал от него Назир.

– Достойные мужчины! – хвалил Шамсутдин. – И вы должны быть достойны своих родственников! А я… Я отряд собрал – десять человек, «Молодые моджахеды» называется.

Про вертолет он решил пока не говорить: хватит и уже сказанного – вон как они рты пораскрывали! Тем более их еще проверить нужно.

Есть подозрительные типы – неизвестно, что у них на уме…

Он имел в виду Дени. Тот не хвастался, подвигов земляков не одобрял. Сидел тихо и слушал.

Спать земляки улеглись далеко за полночь.

А рано утром Шамсутдину позвонил дядя Лема – двоюродный брат отца.

– Слушай, плохие новости, очень плохие! – торопливо говорил он. – Висхана убили, с ним еще троих, которые с «лесными» связаны.

Кто сделал, пока неизвестно! Следствие идет, даже тело не отдают хоронить. А в Мохк-Мартане твои друзья подорвались около прокуратуры, четверо: Муса, Аскер, Заман и еще кто-то… Что они там делали – неизвестно. Но тебя ищут и те и эти…

– Не понял, кто ищет? – спросил ошарашенный Шамсутдин. Его будто по голове ударили – все закружилось перед глазами, резко бросило в жар, затошнило. Он даже перестал соображать.