Кровавый Рим. Книги 1-9

Ювентина немедленно отыскала и ощупала свой зимний плащ. Она облегченно вздохнула, обнаружив, что зашитый в нем алабастр на месте.

Ювентина сразу почувствовала в себе гордую уверенность и презрение к римским сыщикам, которым удалось бы найти ее и задержать — теперь она могла в любое время исчезнуть из этого ненавистного мира…

Внезапно Гиппий ударил себя в лоб рукой, о чем-то вспомнив.

— Вот старый дурак! — сказал он. — Совсем забыл тебе сказать… Разве Анаксимед ничего не говорил тебе?

— Нет… А что такое? — равнодушно спросила Ювентина, собирая раскиданные по всей комнате вещи.

— Незадолго перед закатом здесь был Мемнон…

— О, боги! Что ты говоришь, Гиппий? — с волнением, перехватившим ей дыхание, воскликнула Ювентина.

— Ну да, они примчались сюда на измученных конях, он и его товарищ… кажется, его звали не то Варий, не то Барий, — продолжал Гиппий. — Мемнон, как только услышал, что ты утонула в реке…

— Утонула? Но ведь я жива! — Ювентина широко раскрыла глаза и в тот же миг радостно сообразила, что Мемнон жив, раз он появился на вилле в конце дня.

— Нехорошо получилось, — с виноватым видом вздохнул Гиппий. — Мы-то все думали, что тебя нет в живых. Один из солдат хвастался, что метнул в тебя дротик рукой, никогда не дававшей промаха. Суди сама, что нам было думать?..

— О, милый, добрый Гиппий… У меня все в голове перемешалось! Повтори, прошу тебя, когда это было? Когда он здесь появился? — обнимая и целуя старика в порыве радости, спрашивала Ювентина.

— Постой-ка… Осторожнее, у меня факел в руке! — отстранялся от нее Гиппий, немного растерянный и в то же время растроганный ее неожиданными ласками.

— Значит, это было перед закатом? — снова с нетерпением спросила девушка.

— Не совсем… Солнце еще высоко стояло над синуэсскими холмами. Все рабы в это время были заняты погребением тех несчастных парней, которых ночью побили римляне…

— И что же, Гиппий, что же?..

— Когда я стал рассказывать о том, что здесь произошло, Мемнон, узнав о тебе, побледнел и схватился за голову. Больше уж я от него не услышал ни слова.

— О, боги! — прошептала Ювентина.

От этой неожиданной и радостной вести она вдруг почувствовала слабость в ногах и опустилась на кровать.

Лицо и глаза ее сияли счастьем.

— Жив! Жив! — с упоением повторяла она, не сдерживая слез радости, струившихся по ее щекам. — Ах, если бы и он знал, что я жива!.. Но ничего! Я знаю, как его найти. Только бы боги его сохранили!.. О! Как я счастлива!..