Кровавый Рим. Книги 1-9

Немного поколебавшись, Ювентина приняла решение.

Она вышла из-за куста и окликнула африканца.

Тот вздрогнул, оглянулся и попятился. В глазах его она увидела смешанные с испугом ненависть, смертную тоску и немощную угрозу.

— Не бойся, — сказала Ювентина. — Я в таком же незавидном положении, как и ты… Понимаешь ли ты латынь? Или лучше говорить с тобой по-гречески?

— Я узнал тебя, — сразу успокоившись, ответил африканец на хорошей латыни. — Ты Ювентина, та храбрая и славная девушка, которую месяц назад Минуций наградил венком перед собранием воинов… Где-то он теперь? Что с ним? Вероятно, погиб…

— Нет, — покачала головой Ювентина, — его римляне взяли живым.

Тот, кому он больше всех доверял, оказался предателем…

— Я так и знал, что нас предали, — прохрипел в ярости африканец. — Но кто же он, этот проклятый богами мерзавец?

— Аполлоний, — коротко ответила Ювентина.

— О, будь он проклят во веки веков! — вскричал африканец и в изнеможении повалился на траву.

— Послушай… — начала Ювентина.

Но африканец поднял голову и спросил:

— Где римляне? Ты их видела?

— Никого не было поблизости, пока я шла сюда от дороги.

Похоже, они прекратили облавы. Наши побиты без счета. Ты и я — одни из немногих, кому удалось спастись, если можно назвать это спасением. Вот ты… Что ты думаешь делать? В таком виде? Весь израненный? У здешних обывателей ты не найдешь ни жалости, ни сочувствия. Поэтому я предлагаю тебе… давай договоримся с тобой, что ты меня подождешь на этом самом месте. Я надеюсь добраться до виллы, которая недалеко отсюда. Там остались моя одежда и повозка с лошадью. Если хочешь, дождись меня здесь и вместе мы как-нибудь выберемся отсюда…

Африканец сидел на земле, свесив голову на грудь, и, казалось, не слушал девушку, охваченный какими-то своими мыслями.

— Лучше бы мне было умереть в сражении, — немного погодя отрешенно произнес он, — нанести последний удар ненавистному врагу, а не постыдно бежать…

— Не падай духом, — прервала его Ювентина. — Жди меня здесь, но если до полуночи меня не будет, спасайся, как сумеешь…

Сказав это, Ювентина запомнила место по огромному ветвистому дубу, росшему ближе к проселочной дороге, и поспешила дальше.

Примерно через полчаса, когда настала ночь и на небе засияли звезды, путь ей преградил знакомый залитый водой луг.

Еще около четверти часа она брела по согретой за день теплой воде.

Выйдя на сухое место, она по тропинке поднялась к воротам виллы.

Почуяв ее, залаяли собаки.

Ворота были заперты.