Бог Ярости

Дверь открывается, и я поднимаю голову, чтобы увидеть Брэна, стоящего на пороге. Он переоделся во фланелевые пижамные штаны и белую футболку, выглядя как рождественский подарок.

— Я… хотел убедиться, что ты не медитируешь под водой.

— Не медитирую, — я закрываю глаза и прислоняюсь головой к бортику.

Не знаю почему, но я злюсь. Это не первый раз, когда он прячется от меня, но я никогда не видел его в таком состоянии.

Тот факт, что он отказывается впускать меня, хотя я, черт возьми, как открытая книга, не дает мне покоя.

Я действительно ненавижу ебучие сложности.

Вокруг меня происходит движение, а я остаюсь неподвижным, упорно пытаясь хоть раз проигнорировать его.

Плеск воды заставляет меня открыть глаза как раз вовремя, чтобы увидеть, как Брэн забирается в ванну, совершенно голый.

— Что ты делаешь?

— Ты всегда просишь меня присоединиться к тебе. В этот раз что-то не так? — спрашивает он, садясь и вытягивая ноги по обе стороны от меня.

— Делай, что хочешь, — я стараюсь казаться равнодушным, а это трудно, когда он выглядит так потрясающе красиво.

На данный момент можно с уверенностью сказать, что я изучил каждый бугорок его мышц и места расположения родинок — верхняя часть левого плеча, над правым бедром, за правым коленом, на левом колене и прямо под челюстью.

Не то чтобы я был одержим или что-то в этом роде.

Он толкает меня ногой в бедро.

— Ты на меня злишься или что?

— С чего ты взял?

— Во-первых, ты не набросился на меня, — он улыбается, но как-то принужденно. — Ты теряешь интерес?

— А ты?

— Нет.

— Хм…

Он замолкает на секунду.

— В чем дело? Это потому, что я сказал тебе перестать драться?

— Я не перестану.

— Я вижу.

— Как только твой кузен Крейтон вернется в университет, я расквашу ему лицо, но не из-за того, что случилось со мной, а потому что он посмел ударить тебя в тот день. А еще я буду драться с твоим драгоценным братцем-психопатом и избивать его до полусмерти, так что тебе лучше морально подготовиться.

Он сглотнул, его горло дергается вверх-вниз.

— Не делай этого… пожалуйста.

— Что ты готов сделать, чтобы остановить меня?

— А чего ты хочешь?

— Расскажи мне, что произошло, когда я пришел сюда, и не говори, что это был несчастный случай или ничего страшного, потому что я не куплюсь на эту чушь.

Его лицо бледнеет, и он замирает, его грудь поднимается и опускается в быстром ритме, прежде чем он начинает дышать медленнее.

— Это… действительно пустяки.

— Мы закончили. Убирайся к чертовой матери и оставь меня в покое.