Зачем я ему?

Просто представляю, как тебе тяжело и неприятно, что я рядом. Я вообще не знаю, что теперь делать.

— Посмотри на меня! — держит в ладонях мое лицо. — Варь, я не люблю его, слышишь? Но мне очень обидно, что не получилось, а ты… Он просто сам к тебе пришел, ты ничего для этого не делала.

— Ничего не пришел. Я вообще не уверена, что он вернется… ко мне.

— Нет, даже сообщение не прочитал. Я с ума тут сойду, Маш! И если б ты не выгнала Даню, я, может, что-то еще узнала.

— А бомж тут каким боком?

Выдыхаю и рассказываю Епифанцевой все, что она пропустила.

— Варь, — обрывает меня на полуслове. — Успокойся! Я его не люблю. Он мне очень нравился, как всем тут. Но я его не люблю! И я уже однажды потеряла подругу из-за парня. Больше такого не будет! Поняла?! А теперь давай чемоданы твои разбирать.

Вещи вытаскивает Машка и раскладывает по местам, а я стою рядом.

Обнимает меня, а я реву, не могу остановиться. Она успокаивает меня, а я… Я говорю, как сильно ее люблю и не представляю без нее своей жизни.

На вторник никаких консультаций нет, так что весь день проводим дома, готовимся к экономике. Машка трындит с кем-то по телефону, а я, чтобы хоть как-то сосредоточиться на экзаменах, забираю учебники и топаю на кухню.

— Варь? — слышу из комнаты Машкин голос. — Я тебе перекинула фотки со шпорами, проверь там все норм?

Смотрю на свой телефон. Так и есть. Никита в сети, и он только что прослушал мое сообщение.

Качает головой. Он уже ничего не хочет, больше недели в самолетах, не всегда понимает, сколько времени и по каким часам живет сегодня.

Тяжелые полторы недели, которые он планировал провести по-другому и в куда более приятной компании. Но сначала позвонил знакомый из консульства. Этот идиот умудрился загреметь в местную тюрягу, да еще не в Дели, а в какой-то богом забытой деревне на юге Индии.