Снова и снова

Сладко, волнительно, невыносимо приятно и восхитительно.

Голова кружится от невероятных ощущений, сладостного томления во всем теле. Мне приходится ещё крепче вцепиться в парня, потому что еще чуть-чуть, и я упаду к его ногам, рассыпавшись в мелкую ледяную крошку.

Дыхание сбивается, пульс зашкаливает до предела. И хочется, чтобы это никогда не прекращалось. Даже нехватка воздуха не помеха, хоть легкие и горят, требуя вдохнуть.

Я отстраняюсь первая. Собрав остатки силы воли, прекращаю это волнующие безумие и перевожу дыхание.

Слышу, как и Кир тяжело дышит. Взгляд затуманен. И я внутренне ликую, что это из-за меня он в таком состоянии.

— Женя, — шепчет мне на ухо, утыкаясь носом в висок и посильней захватывая в кольцо рук. Оплетая за талию крепко-крепко, прикусывая мочку уха и запуская ладонь под длинную футболку, непрозрачно намекая на продолжение.

Но тут до моего обоняния доходит запах. Запах подгоревший еды. Отрезвляет круче ледяной воды.

— Черт, блин! — оттолкнув растерявшегося Кира, бегом рванула к духовке, открывая нараспашку дверцу.

 — Наш ужин сгорел, — с сожалением всхлипываю я, запуская ладонь в рассыпавшиеся волосы и откидывая пряди со лба.

— Что это было? — он растерянно смотрит на блюдо с черной коркой.

— Уже не важно, — слезы сами непрошено скатываются по щекам.

Почему мне так хочется плакать, когда он рядом? Как я выгляжу? Как плакса? С красными зареванными глазами и распухшим шмыгающим носом… ну и зрелище!

— Закажем поесть, если ты хочешь. В другой раз приготовишь, — притягивает меня к себе, крепко обнимая.

Утыкаюсь ему в грудь и реву. Тихо, только плечи подрагивают. От радости, что он рядом, так близко, что даже не верится, что это явь. Боюсь проснуться.

Что происходит? Я ошеломлен от нахлынувших чувств к этой девушке. Обнимаю ее, как можно крепче вжимая в свое тело, не желая терять это единение, что сейчас царит вокруг нас. Я еще ощущаю вкус ее сладких и нежных губ. Вдыхаю крышесносный запах ее волос, от этого я все больше не хочу ее отпускать.

— Кир, — раздается ее голос, — ты меня раздавишь, — слегка отстраняется, но так и не отпускает, держась за свитер.

— Прости, не подрассчитал, — ловлю ее нежный серый взгляд, слегка ослабляя хватку.

— Мы остались без ужина, — напоминает девушка, поглядывая на испорченное блюдо. — Что будем делать?

А я голоден, так и хочется ей сказать. Но голод мой совсем другого характера. Но мою девочку я не хочу пугать, желая сохранить этот шаг к сближению.