Снова и снова

Жар, исходящий от парня, окутывает. Запах его любимого геля для душа, к которому я за этот день так привыкла, обволакивает. Мне кажется, что он везде. В моей маленькой вселенной не осталось ничего и никого, кроме Кирилла Дёмина. Сердечко Кира под моими ладонями несется с бешеной скоростью, как маленький моторчик, выдавая частое тук-тук.

— Я уже и забыла на самом деле об этом, — я упрямо молчу. Ком разрастается в груди, сдавливая дыхание, такое ощущение, что и сердце вот-вот остановится.

— Я виноват. Я не должен был так себя вести.

Я был мудаком. Жень, прости меня… хоть и спустя столько лет. Прости, — его голос звучит хрипло у самого уха, от чего мурашки разбегаются по телу. И мне действительно хочется простить и забыть все то, что было. Это прошлое. Нельзя за него держаться. Мы выросли и уже не те глупые подростки.

Я все-таки решаюсь взглянуть на него и встречаюсь с пронзительно-синим взглядом. Он молчит и смотрит. Выжидает. Словно не может набраться смелости и сделать последний шаг. И эти непослушные пряди волос, что спадают на упрямый лоб, сводят с ума.

Манят прикоснуться, убрать, запустить пальцы в его кудрявую шевелюру. Мое сердце уже стучит где-то в районе горла. Все громче и громче. Ладони вспотели и мелко подрагивают.

Я неосознанно облизываю губы, от волнения они попросту пересохли. Я вижу, как он реагирует на это небрежное действие.

— Ты сводишь меня с ума… Жень…

Медленно Кир склоняется надо мной, будто давая возможность остановить его. Но я, как загипнотизированная, не могу оторвать от красивого лица парня свой взгляд.

Мне кажется, что я горю в адской агонии. И когда до него остаются считанные миллиметры, я ощущаю его дыхание на своих губах. Закрываю глаза то ли от страха, то ли от предвкушения неизвестности. И мои ладони, упершиеся в его грудь, уже сжимают джемпер. Первое лёгкое касание губ, совсем мимолетное, словно спрашивает разрешения. Я с волнением выдыхаю, но звучит это, как вырвавшийся стон. И это становится решающим моментом. Одна рука парня сползает мне на талию, зажимая меня между собой и стеной, а вторая зарывается в волосы. Резинка слетает, и они каскадом спадают на плечи.

И сквозь это томительное молчание и бездействие наши губы встречаются. Срывая рамки и уничтожая стены, которые я так тщательно строила все эти годы. Растапливая огнем своего желания ледяную корку, покрывающую мое сердце.

Впиваясь в требовательном поцелуе, его язык врывается, ощупывая, изучая, встречаясь с моим.