Не единственная

Надо мной темнеет пещерный свод, а вокруг стоят фигуры в темных балахонах. Их лица скрыты глубокими капюшонами, и у каждого в руках медная чаша.

– Начинаем! – один из балахонов делает взмах рукой.

Я по голосу узнаю магистра и дергаюсь. Хочу спрыгнуть с алтаря – и не могу. Мои руки и ноги прикованы к камню.

Меня захлестывает панический ужас.

Магистр приближается. Его сопровождает заунывное пение колдунов.

– Нет, пожалуйста… – шепчу в полном смятении. – Я не хочу умирать…

– Ты не умрешь, – слышится слабый шепот с другой стороны. – Тебя не убьют.

Давя крик, поворачиваю голову в сторону звука.

Рядом со мной лежит, вытянувшись, незнакомый мальчишка. У него черные волосы, которые грязными неровными прядями закрывают лицо. Он очень худой и бледный – кожа да кости, да еще покрыт многочисленными рубцами, старыми и совсем свежими. Его мелко трясет. Он кусает губы, видимо, чтобы не закричать, а из ранок сочится серебристая кровь…

Дарг. Тот дракон, которого я нашла в пещере.

Магистр обходит алтарь и останавливается возле мальчишки. Он единственный, у кого в руках не чаша, а нож. Длинное темное лезвие отражает пламя свечей, когда он заносит его.

Голоса колдунов становятся громче."

"Почти не осознавая собственных действий, нащупываю руку паренька и крепко сжимаю. В такую минуту никому нельзя быть в одиночестве. И в жизни, и в смерти ты должен знать, что рядом есть кто-то, кто возьмет тебя за руку и поделится силой…

Пусть даже сам боится в сто раз больше тебя.

– О, великая Мать Тьмы, пожирательница света, покровительница полуночи и темных сил, – звучит надо мной бесстрастный голос магистра, – мы жертвуем тебе эту жизнь и кровь и молим открыть врата…

Он говорит что-то еще, но уже на незнакомом мне языке. Его адепты подходят один за другим. Не прерывая пения, выплескивают на меня и алтарь серебристую кровь, которая была у них в чашах.

Не выдерживаю и зажмуриваюсь до боли. Не хочу это видеть. Не хочу слышать!

И чувствую слабое пожатие в ответ.

– Все будет хорошо, – шепчу, не понимая, успокаиваю мальчишку или себя, – все будет хорошо… Нас спасут, вот увидишь…

Я отчаянно хочу в это верить!

Словно в ответ на мои молитвы, раздается чудовищный треск.

Вскрикнув, распахиваю ресницы.

Под сводом пещеры сверкают самые настоящие молнии. В строй колдунов врезается серая тень. За ней еще одна и еще. В свете молний мелькают клинки.

– Не останавливайтесь! – рычит магистр. – Продолжайте молитву!

Но пение прерывается звуками боя и рваными криками.