Проект Деметра

Вейнер к ней – Сола грудью встала:

– Не трогай ее, не тебя дите зовет.

Эрлан как ужаленный наверх заскочил, сразу к жене.

– Эя, что случилось? – перепуганный, бледный, по голове оглаживает, а чем помочь не знает. Сола его за руку взяла и ладонь на живот жены положила, прижала:

– Дите тебя позвало, отец. Мальчик будет.

Эрлан расцвел, и, потерялся даже, почувствовав под ладонью тихую пульсацию. Эрику же отпустило. Лежала и сообразить пыталась, что за ерунда случилась. Изнутри живота словно кисточкой бархатной водили, ласково так.

Откуда что взялось? И сам животик откуда, утром не было.

Уставилась на Солу во все глаза:

– Время пришло, – заулыбалась та.

Эра на Эрлана взгляд перевела, а тот светится. Одной ладонью ей животик греет, другой ее ладошку держит и целует.

Вейнер на ступени сел, лбом к перегородкам перил прислонился: дурдом какой-то. Почему не он на месте Эрлана?

Лири и Кейлиф встали перед ним с нескрываемым намеком, что гостям пора и честь знать. Не стал связываться – Эрику беспокоить не хотелось.

Двинул молча к себе, а на душе кошки скребли.

Дошел до своей комнаты, постоял у дверей, понимая, что один сейчас удавится просто, и толкнул плечом двери в комнату Самера. Плюхнулся в кресло.

Сабибор на постели лежал, читал что-то. Книгу на грудь положил, руку под голову, уставился выжидающе.

– Угу. В баре. Бар на планете Земля.

Вейнер скривился, к окну отвернулся и протянул еле слышно:

– Хреново мне Самара, если б ты знал, как хреново. Застрелился бы.

– Эра, – понял тот. Сел рывком, книгу откинул.

– Она ребенка ждет, чудак ты человек, она жена твоего брата.

– Да не надо мне очевидное парить! Я слепой, тупой, глухой по-твоему?!… Сам все знаю, Самер, вот только, что делать не знаю.

И пнул стул напротив со злости – тот отлетел.

– Ну, ты мне казенную мебель не ломай, да? – поднял, поставил на место и сел напротив Вейнера.

– Да, – губы разжал, в окно смотрит, а ясно, что ни черта не видит.

– Ничего определенного.

Самер пальцами по столу постукал, соображая:

– Может ей прямо сказать?

– Я ей предложение сделал – куда прямее-то?! – уставился на друга, как на дебила.

У Сабибора бровь к челке ухала, присвистнул:

– Серьезно или по ушам проехал?

Вейнера взвело, вскочил, забродил по комнате, и вот навис над мужчиной, заорав:

– Какой "по ушам"?! – и притих – как объяснить, что сил нет даже дышать, если ее не видит? Как донести, что не спится, не есться, потому что ее рядом нет? – Да я родного брата убить готов. Видеть его не могу.