Проект Деметра

И Радиш, пробежав на спуске с небольшого пригорка, вновь пристроился рядом с Эрланом и Эрикой:

– Может ты все-таки слышал, что произошло? Что он совершил? А эти "новые боги" – как давно они появились? Эберхайм сразу с ними сошелся или не сразу? Из-за них он стал изгоем? Или совершил что-то из ряда вон, но по вашему законодательству – соблазнил чужую невесту, расквасил нос королю или съел кусок мяса, не знаю. Ведь случилось это до войны, так? Может из-за этого он ее и объявил?

Эрлан шел с каменным лицом и, было видно, что ему неприятно выпытывание, вообще разговор на тему Эберхайма.

– Ну, что ты к нему привязался? – спросила Эрика, надеясь отвлечь друга от приставаний к Лой.

– Хочу понять, а из нас только он владеет информацией. Я б у Ло спросил, но его нет. А вопросы требуют ответов. Тебе самой не интересно понять с какого бодуна этот Эберхайм, будучи светлым и изначальным, как выясняется, начал травить собратьев огнем и мечом, обратившись в веру переселенцев? И, между прочим, продолжает этим заниматься.

– Обычная промывка мозгов – ничего уникального, – пожала плечами. – Переселенцы появились на земле Эберхайма, так что он первый получил снос старой программы и установку новой. С чего-то надо было начинать – начали с него. Вполне логично, учитывая, что он хозяин земель, на которых поставили город. Плюс – чужими руками убирать всегда проще. Легче остаться чистенькими.

Радиш долго молчал, обдумывая и опять полез к Эрлану:

– Эберхайма отправили в изгои за связь с переселенцами?

"С какими переселенцами"? – холодно глянул на него мужчина.

– С Богами, – уточнил.

– Какой же ты нудный, – протянул в спину другу Самер.

– Не нудный, а дотошный. Спать не могу пока не пойму.

– И давно бессонница тебя накрыла?

– Угу. Месяц уже. Не сплю и все голову ломаю – за каким, простите, рожном, нам выдали снимки и отправили на деревню дедушке, – проворчал Радиш. – И ты, между прочим, маешься тем же вопросом.

– А я еще одним – долго ли мы зайцами прикидываться будем, – буркнул Шах.

На него глянули дружно, но промолчали. В принципе каждый был с ним согласен – бегать изрядно надоело, а бегать в непонятках – откровенно достало. Однако и выхода не предвиделось. Вариант геройски полечь от большого ума и широты души, отметал каждый. И в этом все были согласны уже с Радишем – если лечь, так хоть понимая за что, зачем и почему. А что погибнуть могут в любую минуту – вообще сомневаться не приходилось.

– Самхата жаль, – бросил опять Шах.