Четверо за спиной

Дымчатого (или как тут говорят бусого) в яблоках Серко, я выбрала за гордую стать и ироничный прищур глаз. Конь оказался спокойным, хотя иногда характер проявить тоже может. Ради него я чаще нужного забегаю на кухню, чтобы выпросить яблок или морковку, которые тот обожает.

В город я выезжаю теперь только с оружием и в красном плаще дружинника, который мне Велеслав все же всучил. И велел до присяги в нем быть, чтоб уж никто не сомневался в моей принадлежности к княжьему окружению. Без меча и плаща, как мне объяснили, приличным людям выходить в город «невместно». Достаточно того, что я простоволосая и в штанах хожу. Но тут уж я стоять насмерть буду. Косынки и платья – дружно проходят мимо. Кожевенник, с которым уже приятельствую, по моему эскизу изменил крепление к ножнам с нужным углом наклона. Для максимально комфортной носки. Надо будет его еще обувью озадачить. Такой, как мне надо.

Пальцем на меня в городе уже не показывали, но глазеть – да, глазели, хотя больше уж с улыбками и приветствиями. Много где бываю, хотя общаюсь в основном с мастеровыми и иногда с их семьями. И порой женская половина ждет меня более мужской. То как консультанта, а то – как третейского судью, если мужья с домостроем перегибают. Но чаще – первое, детки, как и везде, болеют часто и лечить их тут особо нечем. Поэтому даже мои скромные познания для них – просто кладезь.

Да узнают, приветствуют, но все еще перешептываются. Оно и понятно - штаны в дамский обиход войдут еще не скоро, так что я пока - единственный носитель. Ничего, и к этому приучу потихоньку."

"Щавей впереди меня восседает, задрав нос, как генерал перед сражением. И что-то мне подсказывает, что ведет он меня мимо своих знакомцев, чтоб больше народу заметило. Да и ладно, крюк небольшой, а у мальчишки авторитет до небес вырастет: на коне, да с княжьей гостьей прокатился! Чувствую, что наплетет он им с три короба, что ехали воевать и всех победили.

- А ты, госпожа Яра, знаешь, что про тебя в народе бают?

- Даже не могу представить.

- Что тебя боги послали. И поэтому тебе отказу даже от князя нет.

- Ну, это не самое страшное, что про меня говорить могут, - смеюсь я.

- А челядинки с боярских хором баяли, что боярышни косы плетут как у тебя, да только не выходит. Служанку твою даже подкупить пытались, чтоб научила – отказалась она. А еще они песни учат, им сама княгиня приказала. Чтоб на пиру не опростоволоситься.

- Вот как? Значит весело будет.