Черные Шипы (ЛП)

— Ты понимаешь, что я использую эту фотографию и против тебя тоже, верно? Я рада, что вы нашли свой драйв и свой выбор, включая нож. Никаких обид. Я просто забочусь о себе.

— И Себастьяне, очевидно.

Я игнорирую резкий скрут в животе и сохраняю хладнокровие. — Не втягивай его в это.

Акира подходит ко мне, затем обнюхивает меня, как собака. — Я чувствую его запах на тебе, жена. Ты носишь его запах и его метки уже несколько гребаных недель. Ты действительно думала, что я не замечу?

— Тогда почему ты ничего не сделал?

— В ранний период Эдо жил знаменитый самурай-ронин по имени Миямото Мусаси, который был известен как своим мастерством, так и своей изворотливостью.

Многие другие известные самураи вызывали его на дуэль, но все они были убиты, хотя и были более искусны, чем он. Знаешь ли ты, почему он каждый раз выигрывал? Это потому, что он изменил свою тактику, чтобы соответствовать слабости каждого противника. Если они были суровыми, он был игривым. Если они были игривыми, он был жестким. Быть подвижным и постоянно меняющимся — это то, что позволяет добиться цели, в то время как грубая сила рано или поздно приведет кого-то к краху.

— Тогда какова твоя тактика для нас?

— Я все еще наблюдаю, точно так же, как Мусаси делал это до своих дуалов.

— Не смей причинять ему боль.

— Не смей мне больше угрожать, и мы поговорим.

— Я серьезно, Акира. Если ты причинишь ему какой-либо вред, твоя семья получит фотографию. Твой отец все еще жив, так что ты пока не можешь владеть состоянием Мори.

Он все еще может лишить тебя лидирующего положения и преподнести его твоему брату на золотом блюде. Не заставляй меня разрушать империю, которую ты строил все эти годы.

— Боже мой, Наоми. Я и не знал, что в тебе столько огня.

— У меня есть гребаный вулкан, если хочешь посмотреть.

Он улыбается, но улыбка быстро исчезает. — Никакого развода не будет. Играй свою роль, или я брошу тебя на съедение волкам Абэ.

— Тогда я просто похороню тебя и Рена взамен. Ты не единственный, кто знает мою слабость.

— Тогда тебе лучше проверить свою слабость.

Волна адреналина медленно рассеивается. Мне не нравятся апатичный тон и выражение лица Акиры. Я знаю его достаточно долго, чтобы понять, что это означает, что он взбешен и скоро станет мстительным.

Когда я нашла возможность пригрозить ему, я не могла этого упустить. Но, возможно, наступление с такой силой было не такой уж блестящей идеей.

Тем не менее, я держусь изо всех сил, даже когда мой желудок сжимается.