Поместье для брошенной жены

Они доберутся до тебя за эту ночь, Рише, если я не убью Кассиуса сегодня».

После медленно поднялся с колен, вспрыгнув на низкую приступку окна.

— Я требую поединка с Кассиусом из рода Винзо за честь своей Истинной. Таково мое право.

Тяжелые слова Ральфара падали в тишину, как камни в озерную воду. Каждое слово на вес могильной плиты.

— Ты не можешь, мальчик мой, — императрица вдруг шагнула вперед. — Поединок состоится, но не сегодня. Завтра или в другой день на твой выбор.

Подошла вплотную к Ральфару и коснулась рукой, затянутой в перчатку, его щеки. Тот мягко уклонился.

Человек, который помог ему, хотя не был обязан, который был добр, хотя добрым мог и не быть. Так вот кто был этим человеком. Её Величество. Я просто поняла, что знаю это и всё.

— Сейчас, Ваше Величество. Я не хочу ждать, какой способ взять меня под контроль вы придумаете за эти сутки.

Ральфар отшагнул, шепнул что-то, одновременно складывая пальцы в некое подобие старинной руны, и миг спустя около его ног в камень пола вонзился меч. Он призвал его, подобно тому, как хозяин призывает пса. Золотые узоры на ножнах разгорелись до белизны, чувствую ярость своего дракона.

— Вставай, Кассиус, и возьми ответственность за свои слова, — он взял все еще поднимающегося с колен Кассиуса за шкирку и выкинул в сад, планируя следом. — Фир, позаботься о Рише.

Принц Фарац тут же послушно сдвинулся ко мне, словно перекрывая мне путь к Ральфару. После вдруг схватил меня на руки и один слитным прыжком пересек границу окна и поднялся в небо. Следом за нами взлетели Талье и император, и императрица с горничной и стражами. И Варх, сосредоточенно наблюдающий разворачивающийся перед ним бой. Его беспокойство говорило мне о многом.

Он боялся, что прогадал, поставив на Кассиуса и императора. И это значило, что Ральфар принял лучшее решение из возможных.

Нужно доверять ему. Он знает, что делает. В отличие от меня, у него великий опыт в дворцовых интригах.

— Не бойся, — утешил Фир, словно прочел мои мысли. — Ральфар знает, что делает.

Зеленый сад горел всполохами белых гиацинтов и лилий, сливаясь с белизной центрального каменного плато. Ральфар планируя на золотых крыльях вонзил острие меча в центр плато, активируя божественный круг поединка.

Уже знакомые мне стальные пластины накрыли сад, стирая из реальности цветы и фонтан, беседку и уединенные статуи, прячущиеся в тени деревьев. Невидимое расплавленное стекло, окружившее стальной круг, отбросило нас к стенам дворца.

Кассиус уже встал.