Институт благородных дэвров, или Гувернантка для варвара

Кто бы смог упрекнуть госпожу Минци в её многолетней хандре?

Меня она знала хорошо и запретила мне возвращаться раньше срока, если я вдруг сочту это письмо чересчур тревожным. Отец всегда любил меня больше, чем матушка, но расстояние внезапно обнажило её чувства. И в этом категоричном запрете я углядела лишь одно – заботу обо мне; нежелание, чтобы я видела всё это собственными глазами.

Слишком много эмоций принёс этот день. Выжег всю изнутри. Так что когда бесшумно раздвинулись кусты и прекрасно узнаваемая фигура тенью скользнула в беседку, я не испытала почти никаких чувств.

– Поиграешь мне, аурем?

– Простите, господин Риедарс, боюсь, я не в настроении.

Чёрный Вепрь подобрался ближе. Но, видимо, заметил моё подавленное состояние, и не стал подсаживаться вплотную. Я неотрывно смотрела на догорающую свечу на рояле. Письмо я давно убрала в карман, перечитывать эти строки не хотелось – и так каждое слово намертво въелось в память и свербило изнутри.

Кайарахи кивнул и замер рядом безмолвной горой. Но спустя пару минут я заметила, как бегло мелькают его пальцы у шеи. Моё невежливое молчание и не самый любезный отказ всё же вошли в запоздалый конфликт с воспитанием. Тогда я спросила, но больше из вежливости, чем из действительного любопытства:

– Всегда было интересно узнать, господин кайарахи: что означают эти косички у дэвров? Может, вы поведаете мне эту тайну?

– Нет от тебя тайн, аурем, – тихо пробасил Вепрь. – Сейчас обещание плету.

Дал сегодня другу. Выполню – распущу.

– То есть как узелок на память?

– Зарок. А на память вот эта, – Вепрь тронул косицу с тремя белыми бусинами. – Чтобы о родине всегда помнить. Сил придаёт. Посмотришь – и знаешь: ждут тебя там; есть куда вернуться.

– А эта? – я указала на косичку, что шла от правого виска – в неё был вплетён тонкий алый шнурок.

– Эта… А эта ни к чему уже, – очень тихо сказал Вепрь. – Расплетёшь, Аурелия?

Меня удивила эта просьба, и я уже было протянула руку.

Волосы у кайарахи были густые, гладкие, и мне столько раз до этого хотелось провести по ним рукой, пропустить сквозь пальцы, что сначала даже не задумалась. Но вовремя опомнилась и отдёрнула руку.

– Извините, господин Риедарс. Просто за три недели, проведённые среди хойя, я поняла, что каждое слово и действие дэвров зачастую наполнено скрытым смыслом и, не зная его, легко оказаться в неловком положении.