Варварский берег

Олег тут же вскочил в седло и, теряя равновесие, перепрыгнул на верх каменной стены, огораживавшей участок.

Слава Богу, бронзовых штырей тут вделано не было.

Соскочив во двор, Сухов быстро отпер дверь и, не задерживаясь, ринулся к дому, скрываясь под ветками нескольких старых раскидистых яблонь.

В скромный садик выходил балкон второго этажа.

С угла была приставлена высокая лестница, дотягивавшаяся до чердачного окна.

– Ну что? – громким шепотом поинтересовался Пончик.

Оглянувшись, Олег заметил Жеку и сказал:

– Это самое… помогите лестницу дотащить, только тихо.

Взобравшись по лестнице на балкон, Сухов перешагнул порог комнаты, сразу расслышав громкие, злые голоса:

– Наше дело – девку прикончить, и всё!

– Да ты глянь, какая краля! Грех не попользоваться! – Азраэль, скажи ему!

– Кончай, Коко. Соберите побрякушки – пусть думают, что грабеж. Удавка где?

– Да я руками, там шейка-то…

Взяв в левую руку пистолет-пуффер, в правой сжимая рукоять шпаги, Олег быстро и бесшумно прошел в соседнюю комнату.

Широко раскрытые глаза Флоры, связанной, с кляпом во рту, в изорванном платье, глянули, казалось, прямо Сухову в душу.

Связанная Анакаона недвижимо сидела в кресле, лицо ее было бесстрастным и даже чуток презрительным.

Убийца, здоровенный амбал, стоял рядом, ласково улыбаясь и разминая пальцы. Клинок вошел ему в печень.

Не издав ни звука, амбал содрогнулся всею своею тушей.

Олег выдернул шпагу, и наемник с грохотом упал, словно вязанку дров выронили.

В дверях моментально нарисовался бледный Азраэль. Вскинув пистолет, Сухов нажал на спусковой крючок.

Пуля поразила личного палача маркизы в живот, и в тот же момент чья-то шпага вылезла у Азраэля из груди.

Пихнув палача ногой, чтобы освободить клинок, на пороге возник граф д’Эбервиль.

– Флора! – крикнул он осипшим голосом.

– Жива! – бросил Олег.

Разминувшись с графом, Сухов кинулся в гостиную, но Быков с Пахой тоже знали, с какой стороны за шпагу браться, – зачистили по полной.

Упираясь руками в колени, Олег отдышался. Господи, как он устал…

– А с трупаками что делать? – поинтересовался Жека.

– Выносим во двор и грузим на телегу. Да хоть в карету.

Сухов живо обернулся. Зареванная Флора бросилась к нему и снова расплакалась.

– Ну почему, почему они все такие жестокие? Ну что я им сделала?

– Ты перешла дорогу маркизе де Монтеспан.