Сухарева башня

Черт, там же огромный магазин…

…Завидев в переполненном здании «Мосторга» Бруно, Опалин, с одной стороны, обрадовался, потому что знал упорство товарища и не сомневался, что если имеется какой-то след пропавшей, немец обязательно его найдет. С другой стороны, Иван вынужден был признать, что вечер не удался. Вместо приятного похода в кино с девушкой, которая ему нравилась, ему пришлось успокаивать рыдающую Лизу, успокаивать ее мать, объясняться с встревоженной Надей, которая требовала от него сделать хоть что-нибудь, причем немедленно. Он позвонил коллегам и доложил им, что пропал ребенок и что он едет на поиски. Как только он повесил трубку, Евлахова, которая лежала в соседней комнате с льдом на голове, вбежала в комнату и со злобой выпалила:

– А этот опять где-то шляется, опять его нет! Всегда, когда он нужен, его нет!

Вмешалась мать Нади и попыталась ее увести, но Евлахова, не считаясь с присутствием в доме постороннего, стала топать ногами и кричать в адрес мужа такое, что даже видавшему виды Опалину сделалось неловко. Он захватил с собой Лизу и Надю и отправился в «Мосторг». Серое здание в готическом стиле, как обычно, кишело людьми, и, как обычно, никто не мог сказать ничего определенного. Лиза, плача, стала описывать, где именно она стояла с сестрой.

– Я только на минуточку ее руку отпустила… Мне надо было достать кошелек… Гляжу – а ее уже нет! Я бросилась к продавцам, кассиров спрашивала…

Надя, теряясь, оглянулась на Опалина – что он думает об исчезновении ребенка в центре Москвы средь бела дня?

– Может, она убежала играть в песочницу? – несмело предположила девушка.

В те годы возле Кремля была песочница для детей. Опалин нахмурился.

– Холодновато сейчас, чтобы в песочнице играть… Ладно, пойдем туда, расспросим народ…

Но Анечки не было в песочнице, которую зимой превратили в ледяную горку, и дети, которые там играли, ее не помнили. Опалин со своими спутницами вернулся в «Мосторг» и там заметил Бруно, пробирающегося через толпу. Немец подошел к ним, здороваясь, окинул Надю быстрым взглядом и почти сразу же сосредоточился на Лизе.

– Это свидетельница? Отлично… Давай описывай подробно все с того момента, как вы пришли в универмаг…

Лиза, хлюпая носом, принялась рассказывать – или, вернее, Бруно своими точными, ловкими вопросами вытаскивал из нее мельчайшие детали, даже такие, о которых она вроде бы напрочь забыла.