Восстание

«Нельзя соваться в улицу, не оглядевшись», — подумал он и крикнул бойцам:

Бойцы остановились, прижавшись к забору.

Тимофей подбежал к углу.

За углом он увидел те же дома с плотно закрытыми ставнями и те же длинные серые заборы, покрытые снежным пухом. Потом он увидел желтоватый истоптанный снег у обочины дороги и ничком лежащего человека. Человек был огромного роста, в коротком черном пальто с мерлушковым воротником. Голова человека была надвое рассечена ударом шашки и лежала в алой крови, пропитавшей подтаявший снег. Сапоги с убитого были уже сняты, портянка слезла, и голая нога с желтоватой пяткой казалась на морозе выточенной из сухой кости.

«Неужели Николай Николаевич? Неужели товарищ Коновалов?» — с тупой болью в висках подумал Тимофей и тут увидел едущих по улице верховых. Это были казаки.

Они ехали кучкой, без строя, а позади их, дальше на улице, колыхалось что-то темное и бесформенное, как бегущая толпа, и оттуда неслись крики и одиночные выстрелы.

Тимофей обернулся. Его бойцы стояли, прижавшись к забору.

— Бегом, за мной! — негромко сказал Тимофей и, понимая, что медлить нельзя, бросился вперед.

Он решил перебежать эту главную, отделяющую их от станции улицу и дворами пробраться дальше, к полотну железной дороги. Там, за насыпью, может быть, еще держались свои.

Но Тимофей добежал только до середины улицы, когда казаки заметили его.

Над головой просвистели пули. Казаки стреляли навскидку с седла. Трое из них подняли лошадей в галоп и поскакали к Тимофею.

Он в несколько прыжков пересек улицу и упал в канаву у забора. Потом поднял винтовку и, едва прицелившись, выстрелил по казакам. Выстрелил и перебежавший вслед за ним улицу боец.

Казаки, не ожидая огня, осадили лошадей и попятились к заборам.

Тимофей огляделся. Теперь с ним было только три человека, один во время перебежки упал и остался лежать на снегу, остальные двое повернули назад в переулок и прятались за углом.

Тимофей сделал им знак рукой, чтобы они бежали к нему, но сразу понял, что на этот раз они не послушаются его. У них не было патронов, и страх овладел ими.

Одно мгновение они еще колебались, глядя на Тимофея, но вдруг разом повернули назад в переулок и побежали, может быть, рассчитывая спрятаться где-нибудь в домах.

— У кого есть еще патроны? — спросил Тимофей, не отрывая взгляда от казаков.

— Один в стволе и один в магазинной коробке, — сказал лежащий рядом боец.

— Дай мне свою винтовку, возьмешь мою… В ней больше нет патронов.