Святой Грааль

Олег раздраженно оглянулся, сказал сердито:

— Сэр Томас! Нашел, где спать на ходу! А если бы твою чашу искали?

Томас заставил себя встрепенуться, пробормотал:

— А то обереги! Для меня они также важны. По крайней мере, сейчас.

Встряхнувшись, Томас нашел себя в жутком подземном ходе, облицованным светящимся стеклом. Ход шел по наклонной вниз, его пересекали другие норы, мелькали страшные тени и звонко стучали когти, сильно пахло муравьиной кислотой. Томас сообразил, что его отважная рыцарская душа ушла в несвойственные ей глубокие раздумья нарочно, чтобы не видеть этой жути, когда вокруг носятся страшные чудовища, а он с другом, который кажется все более странным и опасным, находится Бог знает на какой адской глубине!

Калика выбирал из всех ходов самый широкий, хотя и по узкому можно идти пригнувшись, и всегда выбирал тот, который вел в глубину. И еще тот, как показалось Томасу, из которого разило муравьями особенно мощно. Пересекли ручеек, что выбегал из одной стенки, а вбегал в другую, долго брели по колено в ледяной воде — хрустально чистой, прыгающей по стеклянному дну. Муравьи подбегали все почему-то с одной стороны, быстро набирали воды — Томас восхищенно и ошеломленно успел увидеть, как один припал к ручью, вонзил челюсти в воду, открыл рот, и начал лакать, как огромный жаждущий пес, мощно втягивая воду через толстую трубу, что шла прямо в сухое брюшко, черные кольца раздвинулись, начали сползать одно с другого, брюхо наполнялось и наполнялось, между стальными кольцами показалась тонкая не защищенная пленка, и Томас профессионально заметил, где у муравьев уязвимые места, но так можно поразить лишь водовозов, а муравьи-воины вряд ли с такими пузами пойдут в бой…

Муравьи с раздутыми животами убегали в темноту, а Томас двигался за каликой в еще больший страх: глубже и глубже, откуда пахло сильнее, чем из любой развороченной муравьиной кучи. Даже муравьи пошли странные: если наверху все одинаково поджарые, прокаленные солнцем, черные, быстрые и злые, то здесь двигались медленно — Томаса всего дважды сшибли с ног, — сами помельче, от них пахло чуть иначе.

Ход внезапно привел в небольшую пещеру, в которой на уровне пола зияли три темных хода. Возле одного хода стояли, двигая длинными сяжками, два огромных муравья, таких Томас не видел даже на поверхности. Сердце сжалось в страхе: калика направился именно к этому ходу!

Томас с дрожью двигался за другом, прижимаясь к нему поближе.