Святой Грааль

Теперь понимаю, что Семеро Тайных уже тогда препятствовали… Но я верю, что даже если я сейчас потерял, то в моей молодой доброй Британии найдутся отважные рыцари! Святой Грааль все-таки доставят на ее берега.

Калика молча повернулся боком, Томас остатки ни на что не похожего омерзительного мха разделил строго поровну:

— Жуй. Помрем как мужчины.

Незаметно перестали ныть растертые кандалами ноги. На запястьях, где сочилась сукровица, взялась сухая шелестящая корка. Он перевел остолбенелый взгляд на калику, лишь теперь сообразив, что когда тот пожевал эту скользкую гадость впервые над водопадом, то все силы ушли на скорейшее заживление жутких ран. А теперь, гореть от стыда и позора, — сжигает остатки, пытаясь помочь ему, случайному попутчику. Верный друг, мирный искатель истины погибнет прежде него, человека войны? Меднолобого, как говорят старики, хотя лоб его закрыт не медью, а сверкающей сталью…

Он скрипнул зубами, подавленный чувством вины, проговорил зло:

— Когда этот мох начнет действовать?

— Это древняя одолень-трава…

За стеной сарая послышались тяжелые шаги. Загремел засов, двери с надрывным скрипом распахнулись. В ярком солнечном свете на пороге возник приземистый человек в красной рубахе, с выжженным багровым клеймом на лбу, тяжелыми надбровными дугами. Глаза были как буравчики, он быстро прощупал ими туго связанных пленников, задержал взгляд на калике, чье лицо покрывала засохшая корка крови.

— Кто их кормил? — спросил он жутким голосом, словно говорил из своего живота.

За его спиной задвигались в беспокойстве люди в кожаных куртках. Голоса их были как у вспуганных птиц:

— Никто!.. Клянемся!.. Да ни за что бы никто!..

— Почему у них слюни?

— Стены грызли с голодухи! Там плесень, мох…

Низколобый шагнул вовнутрь, остановился перед Томасом, пнул сапогом в лицо. Голова Томаса дернулась от удара, улыбка низколобого стала шире, он снова поддел пленника подкованным сапогом, где на носке тускло блестела медная загогулина.

— Вставай, падаль! — взревел он страшно. — Живая падаль, но как близко к мертвой?.. Сейчас с вами разберутся.

Охотники вошли следом, с трех сторон уперли в Томаса и Олега короткие сухие копья, где наконечники походили больше на ножи. Калика поднялся, вышел первым, бросив на Томаса предостерегающий взгляд.

Двор был залит до краев ярким солнцем, но воздух прохладный, свежий. Через зеленый двор молодая спелая девка несла, красиво изогнувшись, деревянное ведро.