Боярич

– Ех… – Вербицкий крякнул, помолчал… а через секунду его брови устремились на встречу с прической, и полковник изумленно вытаращился на меня. – Подожди. Ты хочешь сказать, что допрашивал приказного фактически под присмотром Оперативного стола?!

– Ну да, – пожал я плечами и добавил: – Наверное. Прежде чем «пригласить» Переверзева на разговор, я покрутился по городу, но не уверен, что мне удалось скинуть наблюдателей с «хвоста».

– И откуда у тебя была такая уверенность, что ВАС не возьмут «на горячем»? – мягко и прозрачно намекнув на количество участвовавших в допросе Переверзева, поинтересовался полковник.

– А вот этого, извините, Анатолий Семенович, я вам сказать не могу, – вздохнул я и, заметив, как нахмурился Вербицкий, чуть помедлив, договорил: – Но могу заметить, что этот вопрос отпадет, если знать, кто отдал приказ об установке наблюдения.

Да, последнее было блефом чистой воды. Точнее, я просто сделал предположение, исходя из известных мне фактов и… знания личности куратора Аристарха Макаровича Хромова от клуба эфирников.

– Я ведь проверю, – тихо пообещал полковник, сверля меня взглядом.

– Пожалуйста, – я пожал плечами.

Вербицкий вздохнул и активировал свой браслет. «Отщелкав» послание, Анатолий Семенович откинулся на спинку кресла и замер в ожидании. Ладно, помолчим-подождем… Ответ пришел минуты через две. Полковник прочел невидимое мне письмо и воззрился на меня с форменным недоумением во взгляде.

– Гриф «Корона»? Кирилл, какое отношение пятнадцатилетний эмансипированный мещанин-слабосилок может иметь к царской семье? Ничего не хочешь мне рассказать?

– Извините, Анатолий Семенович, – вздохнул я, старательно давя радостные эмоции. Да! Да! Я был прав! Гриф «Корона», то есть запечатано личным словом государя!

– Хм. Если пять минут назад я был уверен, что наш разговор о будущем сотрудничестве как минимум ограничится общими словами и договоренностями, то сейчас… – Полковник сложил ладони в «молитвенном» жесте перед собой и, прикрыв глаза, замолчал, явно о чем-то задумавшись. Правда, стоило мне поерзать в кресле, как он тут же вернулся на грешную землю. – Завтра я буду на приеме у государя и выясню, что к чему. А пока… Давай поговорим о том, ради чего я и звал тебя в гости.

– С удовольствием, Анатолий Семенович. Только один вопрос. Что заставило вас передумать?

– Именно это… – почти про себя проговорил Вербицкий и, вскинув голову, улыбнулся. – Ты очень необычный человек, Кирилла Николаевич. Очень.