Боярич

 – А что касается моих планов… думаю, сегодня вечером я поделюсь ими с тобой. А может быть, мы даже кое-что из них попробуем воплотить. Главное, чтобы кровать выдержала.

– Пошляк! – вздернула носик Оля… прислушалась к себе и, вздохнув, сменила тему. – Что, Платон действительно успел тебя так сильно разозлить?

– Не то слово, – кивнул я.

– Но ты же его победил… Разве достойно воина злиться на поверженного врага? – подпустив пафоса в голос, поинтересовалась моя нареченная.

– Победил? – я хмыкнул. – Да нет… это не победа. По крайней мере, победа формальная. Я его просто напугал… до мокрых штанов, а это немного не то.

– Как это? – нахмурилась Ольга.

– Как-как… буквально. Я его в Эфире страхом ударил, а он… оно… описалось и сбежало, – вздохнул я.

– Платоша описался? Вой?! – Ольга неверяще взглянула на меня, всхлипнула… и зашлась в безудержном хохоте. – Ой, ой, не могу! Кирилл! Только не говори, что у тебя не осталось записи! Умоляю…

– Да держи, мне не жалко, – пожал я плечами и, активировав браслет, скинул ей резаный эпизод, начинавшийся аккурат с того момента, когда я оказываюсь перед Шутьевым.

Ольга тут же прокрутила запись и, от души насмеявшись, блаженно зажмурилась. Хм. Мне на миг даже жалко стало этого самого Платона. Судя по всему, он успел весьма основательно достать Олю, а учитывая ее мечтательный вид и наличие этой записи… Кажется, жизнь в университете у мажора скоро станет далеко не сахарной. М-да. Женщины, вот кому поголовно можно присваивать прозвище «Росомаха». Я покачал головой и… плюнул на все. В конце концов, Шутьев сам виноват.

Стрельбище встретило меня шумом и оживленной суетой. Ничего удивительного, сегодня я приехал в Преображенское едва ли не к семи вечера. День будний, так что недостатка посетителей стрелковый клуб не испытывал. В общем, ничего странного в том, что бо́льшая часть «дорожек» в тире оказалась занята, не было. Тут и там слышались негромкие хлопки выстрелов, лязг перезаряжаемого оружия и тихое жужжание подъезжающих расстрелянных мишеней. Жизнь кипит, что называется. Ну и ладно.

Я втянул носом, кажется, на века въевшиеся в стены этого заведения оружейные запахи и, приветственно кивнув паре знакомых лиц, решительно направился к «своему» месту, в дальнем конце зала. Привычно разложив перед собой рюгеры и заряды к ним, я довольно вздохнул и уже готов был приступить к расстрелу боеприпаса, когда завибрировавший на руке браслет обломал весь кайф предвкушения.

– Да? – Развернувшийся экран продемонстрировал мне близняшек.