Боярич

И зачем тебе нужны проблемы с однокашниками, на которых ты обязательно сорвешься из-за моей злости? – Я примирительно улыбнулся. А вот знать, что часть этой злости направлена конкретно на нее, Ольге тем более незачем. – А вообще, милая барышня, сообщите мне, что вы здесь делаете? Если не ошибаюсь, сейчас у вас полным ходом должна идти лекция?

– Я… – Ольга запнулась, зажмурилась и вдруг выпалила: – Кирилл, прости меня, пожалуйста!

– О как! И за что это?

Ольга как-то незаметно подобралась ко мне вплотную и, уткнувшись носиком в плечо, тихо заговорила. Рассказ о том, как вчера после занятий ее нашел один из студентов, тот самый долговязый технарь, если я правильно понял, и признался, что Платон запряг его собирать информацию обо мне, как Ольга придумала простенькую двухходовку, чтобы наказать зарвавшегося Шутьева… В общем, рассказ этот не затянулся надолго и полностью подтвердил мои подозрения.

– Милая моя, ты уже второй раз делаешь одну и ту же ошибку, – вздохнул я, когда Оля замолчала и выжидающе уставилась на меня. Будто приговора ждала, хм…

– Я должна была рассказать тебе все заранее, – кивнула она, не дождавшись от меня продолжения, но тут же нахмурилась. – А когда был первый раз?

– Когда ты подослала близняшек, чтобы они подобрали мне костюм под стать твоему платью, – усмехнулся я. – И предупреждаю, пока не отомщу за обе попытки использовать меня втемную, не успокоюсь.

– Ой. – Ольга дернулась, но я ее удержал.

– Да… кхм… рассказ Милы вспомнила, о том, как ты Лине отомстил за распускание слухов об изгнании, – нехотя проговорила Ольга.

– Моя слава бежит впереди меня, – я не удержался от хохотка. – Не волнуйся, руки-ноги тебе ломать я точно не собираюсь. Как-то это… некомильфо по отношению к собственной нареченной, не находишь?

– Ха! Попробовал бы только! – вскинулась Ольга, но в глазах ее я увидел облегчение… Уверена, что гроза миновала? Зря.

– И пробовать не буду. Ты мне нужна живая и здоровая, – уверил я ее. – У меня, знаешь ли, огромные планы, и они целиком зависят от того, насколько ты будешь цела и невредима. Так что «бьет – значит, любит» – это не наш вариант, совершенно точно.

– О! – протянула Ольга с легкой улыбкой. – Может, поделишься своими планами? Или это и есть твоя жуткая месть? Будешь держать меня в неведении, как я тебя?

– Даже не рассчитывай так легко меня купить, милая. Месть вдвойне слаще, когда жертва мечется в том самом неведении, о котором ты говоришь, – фыркнул я в ответ.