Господин Зима

 – И слышишь?

– Да! – рявкнула Тиффани. – И это помещение, где готовят пищу, если вы не заметили!

– Но ты не должна меня видеть!

– Я прекрасно вас вижу!

– Погоди минуту. – Незнакомка нахмурилась. – Ты ведь не просто человек, да? – Она как-то странно прищурилась, глядя на Тиффани. – А, так ты – та самая! Я угадала? Ты – новая Летняя Владычица?

– Забудем пока обо мне, кто вы такая? – сказала Тиффани. – И мы всего-то один раз танцевали!

– Анунайя, богиня Вещей, Застрявших В Ящиках, – представилась гостья. – Приятно познакомиться.

Она затянулась пылающей сигаретой, посыпались искры. Некоторые из них упали на пол, но, насколько могла видеть Тиффани, не оставили никаких следов.

– Для таких вещей есть отдельная богиня? – удивилась Тиффани.

– Ну, ещё я отыскиваю пропавшие штопоры и то, что закатилось под столы и тумбочки, – беспечно ответила Анунайя. – А иногда и то, что провалилось между диванными подушками. Мне хотят поручить и заедающие «молнии», но я пока думаю, стоит ли браться. Чаще всего я являюсь там, где люди дёргают застрявшие ящики и взывают к богам. – Она снова затянулась. – Чайку не нальёшь?

– Но я ни к кому не взывала!"

"– Взывала, – возразила Анунайя, рассыпав новый фейерверк. – Ты ругалась, проклинала ящик. Рано или поздно любое проклятие становится молитвой. – Она махнула свободной рукой, и что-то в ящике сделало «Бдзынь!». – Вот, теперь всё в порядке. Это была яйцерезка. В каждом доме есть такая, и никто не может сказать, откуда она взялась. Неужели кто-нибудь когда-нибудь думал: «Схожу-ка куплю яйцерезку?» Вряд ли.

Тиффани осторожно потянула ящик. Он легко открылся.

– Так вот, насчёт чаю… – напомнила Анунайя.

Тиффани поставила чайник на плиту.

– Вы знаете обо мне? – спросила она.

– О да. Такого уже давненько не случалось, чтобы бог влюбился в смертную. Всем интересно, как оно обернётся.

– Влюбился?

– О да.

– И вы хотите сказать, боги наблюдают за нами?

– Ну конечно, – кивнула Анунайя. – Те, что покруче, сейчас, считай, только этим и заняты. Но моё дело, говорят они, зажимать «молнии», о да, а меня, между прочим, по такой погоде руки еле слушаются!

Тиффани подняла глаза к потолку. Под потолком уже клубились плотные облака сигаретного дыма.

– Они всё время смотрят на нас? – ахнула она в ужасе.

– Я слышала, твоя история сейчас привлекает больше внимания, чем война в Клатчистане, а она пользовалась большой популярностью. – Анунайя опустила взгляд на свои руки. Пальцы и кисти были красные.