Серые пустоши жизни

– Только прошу вас, сообщите мне о результатах…

Офицер смахнула непрошеные слезы, подняла легкое тельце девушки на руки, поцеловала в нос и осторожно уложила на носилки. Она не видела холодного и жестокого взгляда Ларны, устремленного в никуда – казалось кто-то довольно жуткий выглянул в этот мир. Самой же девушке показалось, что она на минуту потеряла сознание, но она не стала говорить об этом, не желая огорчать никого из тех, кто спас ей жизнь. Уже лежа на носилках, Ларна от всей души поблагодарила целительницу и Дарин махнула рукой носильщикам. Они развернулись и вынесли носилки из комнаты.

Улицы были залиты светом обоих солнц, слезы Ларны мгновенно высохли и она начала с интересом рассматривать окружающее. Город был просто огромен, куда больше ее родного Тукама, и совсем не походил на него. Он, казалось, плыл в воздухе, пронизанный сотнями мостов и воздушных переходов между высокими домами. Все здания были выстроены из голубоватого хирмолта, камня, добывающегося на южной оконечности острова Дурам. Из-за этого Дуарамба выглядела какой-то призрачной, не от мира сего. Дома вокруг были столь разнообразны и порой причудливы, что у непривычного человека разбегались глаза. Как потом узнала девушка, этот островной город называли пародией на Колгарен, и потом она сама увидела, что это на самом деле так. Улицы были очень широки и невероятно чисты – Ларне странно было видеть это, она привыкла к мусору на улицах Тукама и удивлялась, пытаясь понять, как в таком большом городе может быть столь чисто. Дуарамба строилась по единому плану – что было и неудивительно, так как город был основан во времена великого расселения, устроенного магами пару тысяч лет назад и с тех пор многократно перестраивался. Но все перестройки не задевали основной структуры – улицы были расположены вокруг центральной площади расширяющимися концентрическими кругами. И если Дуарамба достраивалась, то жители просто возводили очередную круговую улицу, разрушая и заново строя крепостные стены. Лишь припортовый квартал чужеземцев выделялся из общей картины, представляя из себя сумятицу домов и складов, уродливым пятном отходящую от почти идеально круглого города.

Ларна с интересом продолжала осматриваться – на улицах было полно народу, сотни лавок, магазинчиков и таверн гостеприимно распахивали свои двери для посетителей. Уличные торговки вопили, предлагая свой товар. Но что больше всего поразило девушку, так это то, что на этих кипящих жизнью улицах почти не было мужчин.