Союз будет жить

– Даже так? Ай, молодец, вот ведь умеют же работать!

– Там такая история, как-нибудь расскажу, позже, пока нельзя. У тебя все?

– Все. Если главный инженер сдержит слово, скоро получим охрененный автомобиль!

– И все-то у тебя охрененное выходит, может, тебя на сельское хозяйство поставить, а вдруг поднимешь?

– Я бы поднял, но мое назначение назовут вторым приходом Лаврентия, – серьёзно сказал я.

– Да уж… Нет, работал он как бог, но вот с политикой перегнул, не его это было, не его.

– Он действительно был виновен во всем том, что ему предъявили? – решился я задать вопрос, который давно меня интересовал.

– На деле гриф стоит, извини, ничего не скажу.

– Эх, ладно, а Николаевич, как-то помнится, хотел меня в архив запихнуть…

– Это он не подумав ляпнул, – строго заметил председатель, – писателя, в архив? Даже не смешно.

– Счастливо. Подумай, насчёт сельского хозяйства.

– Пока точно нет, даже думать не хочу. Там авгиевы конюшни, как-то не хочется их разгребать. Я ведь человек прямой, начну «мести», сами охнете.

– Смотри там, на заводе не лютуй, а то мне уже доложили, что ругался ты громко.

– Даже не начинал, – серьёзно ответил я, – это были эмоции и возмущение. Если там сделают то, над чем сейчас работают и рассказали мне об этом буквально вчера, то их награждать надо, а не наказывать. Поэтому и прошу помочь с браком.

– Иди, поможем, – заключил председатель.

Вот, значит, как обстоят дела с Лаврентием… Думаю, если бы вина Берии была полностью доказана, всерьёз, с уликами и свидетелями, настоящими, а не обиженными на него людьми, то не стали бы ничего скрывать. О многих говорят открыто, но не о Лаврентии Павловиче. А жаль, хотелось бы узнать, конечно, интересная личность, уровня Самого.

Вновь припёрся на завод и долго бродил по цехам, изучая и наблюдая за процессом рождения автомобилей. Просто главный инженер, который мне был нужен, оказался занят, а я просил секретаршу не отвлекать его. Лешку-охранника оставил на проходной, у него допуска нет, а на заводе меня вроде как и не от кого охранять.

Не все, что увидел, радовало. Видел и рабочего на конвейере, орудующего кувалдой… Сколько ни пытался, так и не смог понять, что можно делать кувалдой в автомобиле. Отметку для себя сделал, но рабочему ничего говорить не стал.