Затерянный город, или Каждому свое

Последние обитатели дворца, которые еще оставались на ногах, укладывали тела уже умерших сограждан под стенами холла и, скорей всего, пытались полностью герметизировать помещение, защитить его от проникновения воздуха снаружи.

Видимо, таким образом пупсы пытались, а может, и сумели как-то приостановить Чуму. Или еще чего неприятного опасались? Это их не спасло, но зато вещи внутри сохранились не в пример лучше, чем в иных зданиях. А предметы из стали, украшения, посуда и бытовые приборы вообще оказались в пригодном для употребления состоянии.

Вездесущий тлен, сырость и гниль почти не проникли в шкафы личных апартаментов, и, к нашему неподдельному удивлению, отыскалось немало одежд, которые вполне еще годились для носки. Другой вопрос, что все они были шиты на весьма специфические формы тела, да и ростом пупсы никак не могли сравниться, например, со мной. Но если бы Руд оказался жирным и пухленьким, то мог покрасоваться в одеждах, вышитых золотыми и серебряными нитями.

Здесь явно жили местные сливки общества. В связи с этим мой сопровождающий впал в крайность кладоискательства. С нездоровым энтузиазмом он шарил по верхним этажам в поисках тайников, явных сокровищниц или хотя бы семейных шкатулок. Обычно последние держат матроны на трюмо своих спален. Но здесь ничего подобного отыскать мальцу не удалось. Видимо, пупсы не слишком предавались неуместному поклонению золотому тельцу, а все редкие украшения и драгоценные камни носили непосредственно на себе.

Кстати, именно по причине огромного количества мумий дворец получил от меня простенькое название «Общага». Надо же как-то среди них ориентироваться.

Меня лично не прельщало потрошить мумии и копаться в прахе. Тем более что для этого не было жизненной необходимости. Да и несовершеннолетнему вандалу, пока шли по улицам, попытался внушить мысль о недопустимости издевательства над тленом разумных. Дошло ли до него – не знаю, бегает себе, да и ладно, лишь бы мне не мешал и в какие-то неприятности не влез. В остальном он личность наблюдательная и сообразительная, отыщет нечто ценное или полезное, обязательно меня позовет и похвастается.

Меня сокровища не интересовали, а вот подвалы, залитые янтарем, притягивали к себе словно магнитом. Понималось прекрасно: именно там, внизу, находится все самое ценное в научном и наследственном плане цивилизации пупсов. В том числе и сокровищницы.