Не вздумай влюбиться

Мог бы околдовать ее своим голосом и шикарной улыбкой, она бы и не пикнула, не возразила, как в прошлый раз. Однако сейчас Ян просил у нее разрешения. И это невероятно подкупало, избавляло от сомнений и ненужных сейчас мыслей.

– Да…, – тихонько выдохнула Николета и первой потянулась к сомкнутым в твердой решимости губам."

"У Яна изначально был план. Забрать Ники из ресторана. Представить семье в качестве своей девушки. Склонить к ночевке на его территории. Накормить завтраком. А наутро, ну или ближе к обеду, вернуть домой, в особняк.

У него с Адамиди назначена встреча, а если глава клана требует его к себе на аудиенцию, то игнорировать такое приглашение нельзя.

Но весь план улетел к чертям, стоило Ники первой поцеловать его приоткрытым ртом. У Яна вся выдержка взорвалась и бесследно испарилась. Потому что малышка Ники прильнула к нему, еще и поерзала, ложась удобнее поверх его возбужденного тела.

А вечернее платье Николеты Ян возненавидел сразу. Прикрывало оно в некоторых местах непозволительно мало, еще и не предполагало нижнего белья.

А хотя, это было даже на руку Самойлову. Избавить малышку от наряда оказалось минутным делом. И вот девочка уже на нем в одних только трусиках.

Но расслабиться Ники не могла. Нервничала. Кусала губы. Сжимала кулачки так, что, кажется, от ногтей оставались глубокие следы на нежных ладошках.

– Все хорошо, – прошептал Самойлов, – это ведь я. В конце концов, ты всегда можешь двинуть мне коленом по яйцам.

Ники и сама не ожидала от себя, что засмеется. В первое мгновение Ян не понял.

Подумал, у девочки началась истерика. А потом заулыбался, когда увидел на любимом лице широкую, немного смущенную улыбку.

– Больше так не буду, – хихикала Ники.

– Ты уж постарайся, – нарочито серьезно попросил Ян.

Ники фыркнула, не переставая улыбаться. А в следующий миг приглушенно ойкнула. Самойлов изловчился и уложил ее на обе лопатки, нависнув сверху.

В первую секунду Адамиди хотела прикрыться от этого тягучего, завораживающего взгляда. Но не смогла. Нет, не по той причине, что руки были заняты.

Совсем нет. Руки оказались свободны. Ян их не держал. А потому, что решила окунуться в этого мужчину, в свои чувства к нему, в те ощущения, что будила близость с Яном.

Медленно, миллиметр за миллиметром, Самойлов наклонялся к манящей груди. А Ники прикрыла глаза. Думала, что память вновь начнут терзать жуткие и липкие ощущения, что всплывали всякий раз, когда Ники оставалась в темноте. Однако ничего подобного не случилось.