Вызов

Он вырывает его из моей руки и захлопывает дверцу.

– Не будь сегодня кретином, Эдвардс. – Боже, они с Бренной так похожи. Это пугает.

– Мне двадцать один, – тяну я. – Вы это знаете.

– Плевать. – Тренер резко проводит ладонью по своей короткой стрижке. Он одет в костюм и галстук, и от него исходит запах одеколона и средства после бритья. Это его стандартная униформа каждый раз, когда необходимо присутствовать на нудном мероприятии под лозунгом «улыбаемся и машем» в кампусе. Не могу сказать точно, каким я ожидал увидеть тренера на свидании, но точно не таким.

– Единственное, что ты сегодня попробуешь, – вода, сок или мой кулак, – предупреждает он.

– Звучит потрясающе.

Убийственный взгляд прерывает мой сарказм.

– Эдвардс. Я не знаю, чем заслужил это проклятие и за какие грехи мне придется провести ужин с одним из вас, болванов – наверное, я в прошлой жизни сбил единорога или поджег детский дом, – но если ты сегодня будешь вести себя как идиот, я заставлю тебя тренироваться до изнеможения каждый день до окончания четвертого курса."

"Так исчезла надежда на то, что тренер будет моим союзником в том, чтобы пережить этот вечер.

Я держу рот на замке. Черт, я даже не комментирую его странные фантазии об убийстве единорога, потому что намерен сделать все, что угодно, лишь бы избежать обещанного наказания. Меня в жизни никогда так не тошнило, как в тот раз, когда команда пришла на тренировку поздно и с похмелья после того, как мы ездили на Род-Айлэнд, чтобы разыграть колледж Провиденса, затащив их трейлер со снаряжением на крышу их стадиона. Тренер Дженсен держал нас на льду до полуночи, заставляя тренироваться до изнеможения. Бедный Баки споткнулся и упал в бак с рвотой. В следующий раз, когда я приду на тренировку и увижу посреди льда пластиковое мусорное ведро, я просто уеду из страны.

Сам тренер явно нервничает, пока носится по кухне в поисках пустых блюд и щипцов для подачи. У него разложены подносы с гарниром из зелени, как в кулинарной книге из 80-х, которую можно было бы найти в магазине подержанных вещей. Но не могу отрицать: на кухне пахнет приятно. Копченым барбекю. Может, он готовит ребрышки?

– Чем я могу помочь? – спрашиваю я, потому что он кажется немного рассеянным.

– Возьми столовые ложки. Второй ящик вон там.

Пока я иду к ящикам, пытаюсь завести разговор:

– Так у вас с доктором Марш все серьезно?

– Не твое дело, – звучит его ответ.

Я сразу же замолкаю.

На духовке пищит таймер.