Без выбора

Что ещё надо? Неужели нельзя по-человечески поговорить? Нет, мы же альфа-самец, нам рычать надо и прогибать её дальше.

Повернувшись к мужу спиной, с трудом попадая в рукава халата, Вита потуже затянула пояс. Ноги предательски ослабли. Наверное, сказывалось вчерашнее волнение, никак иначе. Утренняя ссора совершенно не причем.

Вита прошла в ванную. Зашла в комнату и закрыла за собой дверь. В глазах предательски защипало, пришлось несколько раз моргнуть. Вита не удержалась и шмыгнула носом. Какая же она слабачка… Раньше даже не расстроилась бы. Напротив, порадовалась бы, что вышла ссора с Багровским, и тот тоже в ярости.

Что изменилось сейчас?

Она посмотрела на кольцо на пальце. Дело же не в нем?

Отойдя от двери, она подошла к умывальнику. Посмотрела в зеркало и поморщилась. Хороша она с утра, ничего не скажешь. Заспанные глаза, сильно припухшие губы, спутанные волосы. На губе виднелась капелька крови. Его… Вита подняла руку и с каким-то остервенением принялась оттирать её. Вот так и точка!

Нет, она сначала под душ. Потом всё остальное.

Вита в направлении душевой успела сделать два шага, когда дверь распахнулась, благо не ударила о стену, и в ванную влетел Роман. Именно влетел, её спины даже коснулось дуновение ветра. Два шага, и Рома уже рядом с ней. Один вздох, и Вита оказывается прижатой грудью к прохладному кафелю, сильная рука фиксирует её шею, а горячее дыхание обжигает затылок.

Вита не успела даже пикнуть, как вторая рука властно сжала её подбородок и развернула лицо. Роман прижимался к ней всем телом и, как только её губы оказались в доступе, снова поцеловал."

"Он действовал стремительно, не давая Вите возможности прийти в себя и оттолкнуть его, воспротивиться. Губы обжигали, захватывали, заявляли на неё права. Рука, что зафиксировала шею, уже поменяла положение и распахивала халат, устремляясь к груди. Вита была не против… В эти секунды точно. Потом, возможно, она пожалеет, что дала слабину, что всё-таки уступила, но когда тебя прижимают к себе так плотно, что спиной чувствуешь едва ли не каждый мускул, что от мужского запаха дуреешь, и в голове появляется туман, устоять сложно.

Вита хотела бы вздохнуть, и не могла. Её рот пленили, грудь сжали. Опытные пальцы Ромы уже вовсю ласкали сосок. Сжимали его, сразу же ласкали подушечкой пальца, рассылая по телу всё больше импульсов. Вита, чтобы устоять, уперлась рукой в кафель. Ноги дрожали, получалось, хорошо, что её держали, иначе бы она рухнула прямо на пол.

Ей стало жарко. И хорошо.