Лагерный волк

По тому же направлению, где жил и Волок. Чтобы далеко не ходить.

Бородай лихо развернул машину на сто восемьдесят градусов и рванул в сторону шоссе.

– Извини, милая, но нам нужно тебя раздеть, – сказал Лиман.

Она испуганно дернулась, но тот постарался ее успокоить.

– Пойми, ты насквозь мокрая. Так и воспаление легких заработать можно...

И ведь успокоил. Девчонка позволила раздеть себя. Мокрая куртка уже лежала на велосипеде. Туда же полетела и футболка. Но Лиман не успокоился. Накрыл девчонку курткой, из-под нее снял лифчик.

Тщательно его ощупал... Похоже, он в самом деле верит, что где-то в одежде спрятан «жучок».

Но не было ничего. А Лиман не унимался. Стянул с девчонки джинсы. Обследовал их. Ничего. Снял кроссовки, отодрал подошву, но электронной начинки не обнаружил. Рюкзак тоже ошмонал. Ничего такого, окромя школьных прибамбасов...

Трусики снимать с девчонки не стал. Хоть за это ему спасибо... Ролан вдруг понял, что ему очень жаль эту бедняжку. Понял, что невольно взял ее под свою – не дутую, а реальную – защиту.

.. Лиман вовремя остановился, а то Ролан уже созревал для того, чтобы порвать его на части... Ну и ну!

Может, он чувствовал за собой вину, что дал Бородаю отмашку на нее... А может, она чем-то напоминала ему ту юную и беззащитную Аврору, с которой они когда-то были счастливы под одной крышей. Аврора тогда была чуть постарше этой девочки. И также нуждалась в его защите...

Бородай выехал на шоссе. Сбавил скорость. Девяносто километров в час – это предел. Нельзя привлекать к себе внимание ментов.

Номера-то поддельные. И автоматы под сиденьями... Паленые автоматы, других не было..."

"Наконец они свернули на дорогу, с которой при старании можно было попасть в нужное село. Бородай нарочно выбрал окольный путь, чтобы сбить с толку возможных преследователей. Но их не было. Потому что за девчонкой не следили. Ролан был в этом уверен. Нет «клопов» – ни в одежде, ни на теле. Дотошный Лиман даже волосы исследовал. Ничего у нее не было. Даже сотового телефона. Может, не было такой игрушки вообще.

А может, не носила с собой в поселковую школу из боязни, что отберут...

Наконец машина прибыла на место. Саманный, обшитый ветхой доской домик. Покосившийся забор, запущенный двор, три крохотные комнатушки. Из мебели только раздолбанный шкаф-буфет и две железные койки. Вместо стульев – ящики. Зато хижина стояла на самом отшибе. И через огороды в случае шухера всегда можно было уйти в лес и там затеряться. Если, конечно, не окружат...