- Рейтинг:
- Автор: Владимир Григорьевич Колычев
- Жанр: Легкое чтение, Детективы, Крутые детективы
- Прочтений: 1
О чём книга «Лагерный волк»
Ролан не любил тихий порядок и скучную рутину. Его жизнь шла параллелью с ужасами войны, перенося его в зоны для военнопленных, где каждый день был наполнен безнадежностью и жестокостью. В этом мирном лагере среди невольников Ролан стал неотъемлемой частью их быта, хотя сам часто ощущал себя чужим здесь. Постепенно он начал замечать в себе дикие качества – как волчий hunger и жажда власти, которые наконец-то позволили ему вырваться из своей маленькой жизненной колыбели, становясь настоящим лагер...– Он думает, как бы педали вместе с ней покрутить...
– Надо будет, и покручу, – покосился на него Петруха.
– Вопрос, куда она крутит педали? Может, в школу?
– Может, в школу, может, пирожки бабке везет. Факт, что она одна едет, без охраны... – наконец Петруха сказал что-то по делу.
И, как всегда, попал точно в цель.
– А в лесу волки водятся, – продолжил за него Бородай.
И этот угадал ход мысли Ролана.
Из ворот особняка по утрам выезжали машины. По одной, по две. Все с затемненными окнами. Не так давно Петруха купил на радиорынке диск с базой данных ГИБДД.
Вчера около одиннадцати часов из ворот выехали три совершенно одинаковые машины. Около трех часов вернулись обратно.
По обе стороны дороги лес. Но, похоже, машины бронированы, так что из автоматов их не взять. А гранатомета нет. При желании можно найти, но в какую машину стрелять?.. Фугас на дорогу положить? Но, опять же, непонятно, какую машину взрывать.
Хорошо бы проникнуть во двор особняка. Поставить камеру на дерево и наблюдать за домом. Но это нереально. Судя по всему, дом имеет два кольца ограждения. И охрана такая, что судьбу лучше не пытать.
Но ведь как-то же нужно оприходовать Волока. Давно пора поставить на гроб с его телом инвентарный номер... Только вот как подобраться к нему? У Ролана не было вариантов. Зато были серьезные ограничения в возможностях. Он уже встречался с Груздем. Узнал, что менты так упрятали Гордея в своих застенках, что ни слуху от него, ни духу. Может, и в живых-то нет. И большую часть людей из его окружения приняли. А вот Груздь уцелел.